Эльза не выглядела атлетом, но двигалась легко и обладала большой выносливостью. Она не отставала от Натана, пока они бежали в ногу с солдатами. Богато украшенный меч Натана был в ножнах у бедра — он собирался сражаться как волшебник. Он раскрыл левую ладонь, немного согнув пальцы, и его магия вскипела.

Армия Утроса разожгла на сухих холмах множество костров, которые напоминали рой красных демонических глаз, и у каждого огня были сотни вражеских солдат. Натан затаил дыхание, когда до него дошло, сколь огромна численность их врага.

— Я уже принимал участие в отчаянных битвах, но никогда не выступал против такого войска.

— Ты никогда не сражался бок о бок со мной, Натан. — Эльзе пришлось говорить громко, чтобы перекричать галдеж наступавшей армии. — Мы им покажем.

Изучив с городских стен вражеские позиции, палата волшебников решила нанести удар против отрядов на северном склоне долины.

Когда защитники Ильдакара схлестнулись с врагом, древняя армия всколыхнулась с лязгом оружия и выкриками приказов. Огромное войско не впало в беспорядочную панику, как надеялся Натан. Дисциплинированные вражеские солдаты выстроились в ряды возле командиров, собираясь оборонять свои позиции. Сигнал о неожиданном нападении распространился вместе с побежавшими от отряда к отряду гонцами. Загорались факелы, крики становились громче.

Вдалеке Натан различил деревянный штаб, в котором он и Никки встречались с Утросом, но их атака не зайдет так далеко и ограничится нападением на войска, стоявшие возле стен. Впереди Никки призывала шторм. Она создавала обжигающие молнии, которые взрывались среди передних рядов врага. Еще одна молния полетела в сторону, разорвала самодельные палатки и подбросила в воздух десятерых воинов как солому, которую подхватил ветер. Молнии Никки пестрели черно-синими шипами — колдунья использовала не только привычную всем магию Приращения, но и магию Ущерба.

Орон, Деймон и Квентин тоже использовали свой дар, швыряя заряды сгущенного воздуха, обрушивая на врага такой жестокий ураган, что он сметал боевой порядок солдат Утроса.

Обезумев от энтузиазма, защитники бежали вперед:

— За Ильдакар!

Передние ряды древних воинов стояли плечом к плечу, выставив щиты и подняв старинные мечи, чтобы отразить атаку. Ильдакарские бойцы врезались в них на полной скорости, не сумев остановиться. Натан видел, как городские стражники, бойцы арены, Бэннон и Морасит Лила бросаются в схватку. Неповоротливые полуокаменевшие солдаты защищались от волны окованных сталью дубин. Пронесся шум, напоминавший лавину.

— Мы не должны отставать, моя дорогая, — крикнул Натан Эльзе, создавая на ладони шар огня волшебника. Он держал огонь, дожидаясь, пока Никки и советники уедут вперед и освободят простор для удара.

Эльза призвала сферу обычного огня, не в силах соперничать с мощью волшебника — но ее огонь будет жечь не хуже.

Натан швырнул первый снаряд, и тот перелетел через передние вражеские ряды, не проронив ни искорки на силы Ильдакара. Жадное магическое пламя взорвалось вдалеке, охватив почти сотню воинов. Они кричали и дергались, обращаясь в серый пепел. Эльза кинула свой шар огня, и он взорвался даже дальше, чем шар Натана. Ее пламя нанесло меньше урона, чем огонь волшебника, но взрыв разметал замешкавшихся врагов. В целом, атака была довольно впечатляющей.

Собираясь нанести новый удар, Натан призвал дар, ощущая сильный хань нового сердца и остатки гнева укротителя Айвена. Ему не нравилось коварное прикосновение другого волшебника, но он воспользовался гневом и тьмой, чтобы создать еще больший шар огня волшебника, взрыв которого отбросил сотни солдат.

Ильдакарские воины, разъяренные и недисциплинированные, расплескались по рядам противника — как вода, накатывающая на камни в ручье. Они сражались с сотнями отдельных противников и начали прорываться через наспех организованный строй.

Молния Никки пронеслась через укрепления Утроса, а остальные волшебники продолжили наносить удары магией. Эльза подожгла бесчисленные палатки и вражеских солдат, которые пытались сбежать. Натан нашел в себе запасы энергии, призвал еще один шар огня волшебника и поразил еще несколько дюжин врагов. Пускай каждый удар откидывал назад войска генерала, Натан понял, что предпринятая вылазка способна лишь слегка потрепать армию.

Натан должен мыслить более масштабно и найти способ наносить больше урона, чем сотне врагов за раз. Пока остатки огня волшебника продолжали жечь намеченную часть лагеря, вызывая новые пожары, он придумал, как им с Эльзой легко нанести гораздо больший урон.

— Холмы! Сухие холмы! — Он указал на бурые склоны по краю долины. — Они мигом вспыхнут! Можем разжечь огонь, который спалит всю армию.

Она мгновенно все поняла:

— Этому они не смогут противостоять.

Вытянув обе руки, она при помощи дара зажгла огонь на ладонях и распалила его. Пока она была сосредоточена на заклинании, росляк с изогнутым мечом бросился на нее, собираясь разрубить надвое.

— Нет! — Натан выставил свободную руку, создавая воздушный щит, который свалил противника и выбил из руки искривленный меч. Воин упал на землю, но Натан был настолько взбешен, что обрушил на воина кулак из воздуха, сокрушив грудь и лицо.