— Нам не нужно брать их с собой, — сказал Енох. Он приказал отнести шесть пустых бочек в загон с детьми. — Нам нужна только их кровь. Шести бочек должно хватить.

* * *

Обратный путь занял два дня. Солдаты разграбили Страверу, забрали все припасы и инструменты, которые могли пригодиться. Они нашли много полезных предметов: веревки, посуду, гвозди, ножи, сети, кожу и меха. Солдаты опустошили Страверу, загрузив все найденное в два дополнительных фургона. Они направились в горы, а когда дорога сошла на нет, прорубили путь через поваленные деревья и проложили новую дорогу к долине.

В сумерках вереница фургонов вернулась в лагерь, миновав сухие холмы. Мулы тащили фургоны вперед, и трава шелестела под колесами. Первый командующий отчитался перед генералом, испытывая гордость.

Утрос и две разрисованные краской колдуньи вышли ему навстречу. Ава и Рува улыбнулись при виде фургонов с запятнанными бочками. Близнецы коснулись деревянных стенок и посмотрели на липкую красную жидкость, оставшуюся на их пальцах.

— Именно то, что нужно, — сказала Рува.

За несколько часов до запланированного налета ильдакарские бойцы собрались на нижних уровнях города возле складов, зернохранилищ и скотобоен. Верховный капитан Стюарт привел пять сотен городских стражников, которые были в нагрудниках и с короткими мечами. Красный наплечник Стюарта, перешедший к нему от предыдущего капитана, отмечал его ранг, но сотни бывших бойцов арены не интересовались званиями. Еще здесь были многочисленные добровольцы из низших классов, которые где-то отыскали оружие и решили присоединиться к нападению на осадившую город армию.

По всему Ильдакару семьи доставали из тайников оружие — семейные реликвии, никогда не бывавшие в битве. Часть людей обзавелись оружием, недавно выкованным в перегруженных работой кузницах. Кузнецы изготовили сотни дубин с железными наконечниками: рукоять из твердого дерева оканчивалась металлическим шаром с шипами. Разношерстные бойцы быстро освоили это оружие, грубое и смертоносное. Против твердокожих врагов дубины были эффективнее острых клинков и требовали меньшей подготовки. Для их использования нужны были лишь злость и сила.

В сгустившихся сумерках Натан присоединился к Никки, стоявшей у ворот. Волшебник имел лихой вид в белом балахоне, черных дорожных штанах и сапогах. Он словно не мог решить, кто он: искатель приключений или волшебник. Натан и Никки смотрели, как собирается новая ильдакарская армия.

— Добрые духи, будет настоящее сражение. — Натан поднял брови. — Надеюсь, уверенность совета обоснована. Это точно будет сюрпризом, но я не уверен в разумности атаки на такую большую армию.

— Мы нападем только на часть лагеря, которая находится возле холмов рядом со стенами, — сказала Никки. — Нам нужно следовать плану: нанести сосредоточенный удар, причинив как можно больше вреда, и вернуться за стены, пока остальная армия не успела отреагировать. Тогда мы добьемся успеха. — Она придала твердости голосу: — Лично я собираюсь нанести им большой урон.

Стоявший рядом Натан недоверчиво улыбнулся, указав на ее неровно отстриженные волосы.

— Может, ты так поступаешь из-за гнева на напавших колдуний?

— Я никогда не делаю чего-то только из-за гнева, — ответила она. — Но злость полезна. У меня есть враг. У Ильдакара есть враг. Уверена, если генерал Утрос сокрушит этот город, то он двинется дальше, угрожая остальному Древнему миру и Д'Харе. Значит, мы должны остановить его здесь. У нас с палатой волшебников общая цель.

— Да уж, действительно, — хохотнул Натан. — Когда дорогой Ричард отправил нас в Древний мир, он ожидал совсем не этого.

— Остальное зависит от генерала Утроса, — заключила Никки.

Эльза пробилась к ним через толпу. У нее был встревоженный и растерянный вид.

— Я установила в городе несколько рун переноса и на поле боя смогу использовать их в качестве якорей для заклинания. — Она улыбнулась. — Это точно должно удивить их.

Сотни воинов арены, присоединившиеся к армии, имели развитую мускулатуру и были почти без доспехов, потому что ценили свободу движений. Они выбрали то оружие, которое привыкли использовать в показательных боях. С ними пришла группа суровых Морасит, и Никки порадовалась, что воительницы на их стороне. Выжженные на коже руны защитят женщин от магических атак, но в основном им придется биться с тысячами неестественно крепких воинов Утроса.

К ним подошел Бэннон, за которым следовала Лила. Юноша нес в руке дубинку с железным навершием, а на боку у него висел Крепыш.

— Мы готовы к бою. — Он посмотрел на все возраставшую толпу вооруженных защитников. — Все готовы.

Натан цокнул языком.

— Мой дорогой мальчик, это не игра. Нам придется нелегко, очень нелегко.

— Но мы это сделаем, — сказал Бэннон.

— Да, сделаем. Выйдем и сразимся! — сказал Тимоти, в одной руке у которого был короткий меч, а в другой — обитая железом дубина. — На тренировке никто не побил меня, и в бою тоже не смогут.