— Меня больше волнуют вассалы дома Лерн… — бросил пробный камень Марк, но Гней тонкому намеку не внял.

— У графа Теодора куча наследников. Два брата и три племянника, если мне не изменяет память.

Память Гнею не изменяла, а вот о взаимоотношении между двумя младшими братьями покойного графа он знал крайне мало. Оба не прочь примерить на себя графскую корону. Но если раньше от активных поползновений в эту сторону их сдерживал авторитет и сила Теодора Дане, то теперь в доме Лерн разразится гражданская война.

Марк вздохнул. Пока что Гней не готов к обсуждению по-настоящему серьезных вопросов Ничего, он подождет. Время сейчас играет на дом Велот, а заодно и на спрятавшийся в его тени дом Фобос.

Чем больше проходило времени, тем больше Марку нравилось подобное положение вещей. Пусть одну не слишком полную голову украшает графская корона, правит все равно другая.

Людей, готовых умереть за идею,

гораздо меньше, чем готовых за нее убить.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

141 день 566 года Потери Терры.

Возвращение флота было тайным, но все же триумфальным. Обратный полет из всеми богами забытой системы SCR-1308 занял двенадцать дней. Трофеи в виде лидера прорыва, некогда называвшегося «Золото Рейна» и тяжелого крейсера «Курфюрст» сильно замедляли флот. А их ремонт обещал, на ближайшие несколько месяцев, стать головной болью всех свободных инженеров и техников.

Но все эти проблемы Джинну Хейс в данный момент не волновали. В доме Фобос есть излишне хитромудрый барон, вот пусть он и думает. А сейчас в Джи боролась два чувства — ярость и восхищение.

— Значит, ты не был уверен в том, что дом Герат пойдет на предательство дома Шверт, а не вдарит по мне? — второй раз уточнила она, сжимая и разжимая кулаки.

— Такой вариант нельзя было исключать, — подтвердил Марк. Не обращая никакого внимания на нависшую над ним девушку, он расслабленно развалился в кресле, лениво наблюдая за ее покрасневшим от прилива крови лицом. — Это была ни к чему не обязывающая договоренность.

Джи почувствовала, что ей не хватает воздуха. Она сама не понимала — возмущена, удивлена или просто в ярости. Дикий коктейль чувств и эмоций просто не позволял рационально мыслить.

— То есть ты на основании словесной договоренности отправил меня с шестью кораблями против пятнадцати тяжелых вымпелов? — уточнила она сквозь зубы, пытаясь все же осмыслить произошедшее.

Прежде она думала, что этот безумный план базируется на какой-то скрытой договоренности. Где обе стороны обменялись взаимными гарантиями. Марк умеет проворачивать такие штуки. Но теперь все произошедшее больше напоминало авантюру. Сработавшую! Но все же авантюру!

— Против четырнадцати только что вышедших из боя тяжелых вымпелов с наполовину сбитыми щитами, — внес корректировки Марк. — И у тебя были легкие силы.

— У них тоже, — напомнила она. — Что мешало графу де Гарат наплевать на ни к чему не обязывающие договоренности и разнести мой флот?

Разнести — это сомнительно, она приняла меры, но потрепать их могли. И потрепать весьма сильно.

— Жадность, — парировал Марк. — Перспектива власти над двумя системами куда лучше победы над твоим небольшим флотом. — В этом месте он слегка лукавил. По меркам Пространства флот Джи считался весьма приличным. У иного не самого мелкого баронства меньше вымпелов, чем он тайно отправил в SCR-1308.

Джи такое объяснение не слишком устроило.

— И все же ты рисковал.

— Технически, рисковала ты, — заметил он.

— Так именно это меня и возмущает! — Джи с силой хлопнула себя по бедрам. Она не против риска, но этот риск должен быть ее собственным выбором. А в битве в зоне перехода ее знания и навыки практически ничего не решали.

— Не рассказывай мне сказки. В случае предательства со стороны графа Дугана де Гарат ты могла просто отступить. Трофеи, полученные повреждения — флот графа де Шверт не стал бы тебя преследовать. Прибавим к этому понесенные потери, до конца не запитанные щиты. Да и про возможность подхода флота Велот граф Абелард де Шверт, ныне покойный, должен был помнить. Как видишь, я все рассчитал.

Джи понимала, что Марк прав, но природное упрямство не позволяло ей это принять.

— Я думала — твоя уверенность базируется на чем-то большем обычной веры в человеческую честность. Которой, замечу, у тебя никогда не было!

— Я не верю в верность слову, — подтвердил Марк, смежив веки. — В крепость клятв. И даже в подписи на договорах. Но выгода — это всегда выгода. И разве я не предлагал тебе представить свой план, как нам победить в этой войне, — напомнил он, выгнув бровь.

— Нет, Тигра, я с тобой или с ума сойду или рано поседею, — посетовала девушка, принимая поражение. У нее в голове не укладывалось, что все висело на тонкой как человеческий волос договоренности с графом дома Гарат. Компромат, угрозы, внушительная взятка — что угодно, но только не простые слова!