Смешно пытаться вывести оппонента из равновесия столь банальным трюком. Ты лично проел мне плешь на этой почве. Провоцировал, подводил разговор, теперь же такие вопросы… Стареешь. Я ведь тоже могу разыграть невинность, удивишься, насколько правдоподобно всё выйдет.

— Любил. — вглядываясь в витраж напротив, позволяю трансфигураторунезаметноопутать щупами ментал. — Ради наших встреч хотелось жить, в грёзах мне чудилась ртуть, затаившаяся в бездонных озёрах озорных глаз. — едва слышная фраза растворяется в возобновившемся гуле толпы.

Официальная наука гласит, что мастерство легилимента в большей степени зависит не от пластичности разума. Прежде всего оно держится на эмоциональном спектре, который способен распознать волшебник. Так, при подделке воспоминания, на первый план выходят — неправильно подобранные эмоции, наигранные и фальшивые, размытая картинка, плохая проработка деталей интерьера, поведение людей.

Являясь Мастером в этой области колдовства, прежнийятем не менее обладал чувствительностью пенька лесного, обыкновенного. С возрастом всё только ухудшилось. По моей теории, каноничный Воландеморт не смог развить свой талант до уровня «Бог» только потому, что слабо представлял, как ощущается большая часть эмоций.

С детства их путал, до инцидента, не мог разделить «оттенки»…

Лич же, в которого превратился гениальный маг (сам себя не похвалишь, никто не похвалит) после смерти, тем более не знал ничего о счастье, не различал обиду и злость. Дефектное чучело из плоти и крови существовало по искусственно заложенному алгоритму. Но теперь, имея за плечами полноценно прожитые годы, погрузить незваных гостей своего сознания в океан самых разных чувств легче лёгкого. И мне не нужно ничего подделывать и имитировать, практически за сотню лет я прощупал каждую нотку.

Ооо, какие перспективы на поприще создания искусственного интеллекта!

Разработаю систему охраны и установлю в замке, пока не достроил. Это будет занимааательно — живой дом! Ещё… не знаю… Имея слепки чистых эмоций можно творить всё что заблагорассудится. Хоть снова открыть фолианты действительно наитемнейшего волшебства!.. Перелепить личность по своему усмотрению, хоть это и мерзко, станет вполне возможным.

Но опустим лирику, необходимо убедиться, что я получу желаемый результат в кратчайшие сроки.

— Жутко, учитель, когда готов навсё, ради одной только мимолётной улыбки. Ты видишь своё будущее в чужих глазах. Осознаешь, что вопреки здравому смыслу способен безропотно отдать сердце, душу, построить рай на Земле, или утопить мир в крови.

В памяти вновь всплывают далёкие воспоминания, правда искусно вплетается в ложь.

Хрупкая блондинка на фоне обшарпанной комнаты приюта, молоденькая и весёлая. Луг, белые балетки, модное по тем временам чернильное платье в крупный красный горох… нежные руки обвивают мою шею, заключая в мягкие объятия, успокаивающий шёпот, тихо, на ухо: «Я в тебя верю». Солнце, начало мая, яркая бабочка под стеклом, тонкие девичьи кисти, протягивающие блокнот в кожаной чёрной обложке… бледное тело в пентаграмме, ночь, свечи, руны на камнях дрожащими руками.

Стоп.

Этого должно хватить для небольшой стимуляции доброхота. Пусть активнее ищет «крестраж», мне нужно нечто, способное вконец добить веру избирателей в него.

— Глубокое понимание. — рассеянно кивает Дамблдор, обеспокоенно поглядывая по сторонам.

— Сомневались?.. — аккуратно опускаю бокал на стоящий рядом столик, в поле зрения мелькают товарищи, насмешливо скалящиеся на мой трёп.

— Директор, вы в порядке? — участливо пролебезили сбоку, отвлекая от беседы.

— Конечно, Эндрю, не стоит беспокоиться, ступай.

Похоже либералы волнуются за своего предводителя… Ха-ха-ха, ну что за идиоты?!

Разве стал бы я так гадить самому себе?.. Физическое, либо магическое, воздействие на противников неактуально в свете преимуществ ораторского искусства. А за то, что он успеет натворить, сделав неверные выводы, я вообще не отвечаю. Меньше подглядывать будет, чужая голова — не телевизор.

Хотя чему удивляться, вряд ли кто из них может рассчитать последствия пары брошенных вскользь фраз на несколько ходов вперёд.

— Кто же этот человек?.. — мимо, стреляя глазами в расположившегося в противоположном конце залы Абраксаса и подленько ощерившись, проскользнул Долохов.

Ссс-сс-сплетник, даже не дослушал, чтоб ему, гаду, икалось! Ну погоди, получиш-шшш-шьу меня на орехи, ночевать на тренеровочной площадке будешш-ш-шь.

— Она… не часть нашего мира, я не сумел… Должно быть мне не стоило встречать её.

— Должно быть уникальная женщина, раз нашла к тебе подход.