— Сейчас хотя бы отпусти, слышишь?! Не хочу, чтобы ты ко мне прикасался, — возможно, мое состояние напоминало истерику, но я больше всего на свете хотела сейчас оказаться одна, — не хочу, чтобы ты на меня смотрел. Я не хочу, чтобы ты вообще подходил ко мне и хоть когда-то со мной говорил.

Я упиралась ладонями в его грудь. Пыталась от себя оттолкнуть, но у меня ничего не получалось. Он был намного сильнее меня. Да и желания прислушиваться к моим словам у него было меньше, чем ноль.

— Мне срать на то что ты хочешь, поняла?!

Его пальцы сжали мои волосы, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза.

— Как же я тебя ненавижу.

Проорала в его лицо и увидела, как его глаза блеснули огнем ярости и злости. А ведь я говорила сейчас чистейшую правду. Неужели парень снова подтолкнул меня вперёд, заставив сделать тот шажок, ведущий к ненависти. И сколько еще я буду ходить туда-сюда? Взад-вперед?

— Я это переживу.

— Маркус! — громкий визг Амалии заставил парня замереть на месте. Я заметила, что он напрягся еще больше и прикрыл глаза на долю секунды.

Судя по всему, он выбежал за мной, даже не подумав о том, что в ресторане осталась его невеста. И, кажется, та самая невеста была недовольна тем, что видела его с другой.

Это было моим шансом на побег. По выражению лица Маркуса, я поняла, что парень не рассчитывал на такой исход. Его застукали с поличным.

И теперь у меня была возможность воспользоваться всей этой ситуацией. Я была просто обязана это сделать для того, чтобы вырваться из его хватки и сбежать.

— Что-то не так? — растянув губы в улыбке я посмотрела в его глаза, — или ты забыл поставить в известность невесту, что будешь трахать не только ее?

Последние слова я практически выплюнула ему в лицо.

— Маркус! Что происходит?! — взглянув за его плечо, я вдела, как Амалия прожигала нас взглядом стоя на расстоянии в несколько метров. Ближе подойти она не решалась. Подбежать к нам принцессе мешал дождь. Судя по всему, она не хотела испортить прическу и платье, которые явно были важнее ее жениха.

— Давай расскажем ей? — как защитная реакция из меня выделялась порция яда, — мы будем жить втроем? Или у каждой будут свои дни? — я уже начинала громко и истерично смеяться, пока парень смотрел на меня взглядом полным ярости.

Он завис и не знал, как решить эту проблему, а я только усугубляла ситуацию.

— Можем прямо здесь и сейчас составить расписание… Я хочу забронировать выходные. Ей могу предложить….

— Закрой рот! — прорычал настолько громко, что меня передернуло. Жаль, что он не оценил моего “компромисса”. Впрочем, как и я не оценила ничего из того, что происходило.

— Почему? — сделав огромные глаза и пару раз хлопнув ресницами, я поджала губы, — у меня не будет права даже выбрать свои дни?

— Маркус! — Амалия продолжала его звать, но парень ни разу не обернулся на ее крик.

— А как мне тебя встречать? Голой? В какой-то особенной позе? Ты мне составишь список? Будет какой-то план? Сценарий?

На последних словах он встряхнул меня за плечи и заорал.

— Что за бред ты несешь?!

А я, воспользовавшись моментом, просто вырвалась из его рук и отбежала на пару шагов.

— Я тебя ненавижу! — сказала уже гораздо громче, увереннее и спокойнее. Пусть это было только внешне, но истинные масштабы своей боли я никому не хотела показывать, — ты мне противен. Больше никогда ко мне не прикасайся!

После чего резко развернулась и, сорвавшись с места, понеслась вперед. Дождь застилала глаза, но мне было всё равно. Я была готова бежать хоть с закрытыми глазами, но как можно дальше него.

Мне было ужасно плохо. В тот день я бездумно шаталась под дождем весь вечер. Позволяла воде, капавшей с небес смывать всю ту горечь, которая была на душе. я находилась словно в каком-то бреду. Даже не понимала, где и зачем ходила, а когда пришла в себя, только тогда осознала, что на улице была глубокая ночь. А я вся была промокшая до нитки и тело начинало колотить от мелкого озноба.

Когда я пришла домой и посмотрела в зеркало, то испугалась своих синих губ. Я замерзла до ужаса и даже не поняла этого.

— Ужасно выглядишь, — сказала моя соседка, поджав губы. Не знаю, что она подумала, но это было явно что-то не очень хорошее. Даже допускаю, что первым ее предположением была моя социальная деградация. Возможно, она считала, что я баловалась чем-то запрещенным потому, что она права — нормальные люди так не выглядели. Да и у меня не было никакого желания разубеждать ее в обратном.