Озираюсь по сторонам, откровенно начиная нервничать. Меня ставят перед выбором без выбора. Либо заключить откровенно мутный контракт «на словах», либо... сгинуть тут. Что тоже не факт, а может лишь хитрость пустой черепной коробки.

Череп будто глумится над моими сомнениями:

— Мне для года существования нужны всего лишь твои сутки, парень. Как думаешь, сколько жизненной силы я успел накопить от пребывания в анклаве предыдущих хозяев, м? Один только этот старый недоучка провел здесь почти тринадцать лет, подарив мне столько же. Если меня запрут в сундуке, я просто впаду в долгую спячку. А ты... сдохнешь, парень. Учитывая твои габариты — от мучительного голода намного быстрее, чем от старости. И это чистая правда. Хотя... вон в тех склянках плавает полно мясной еды. На неделю, может, хватит.

То, что, как минимум, часть из этого правда, я не сомневаюсь. С самого пробуждения чувствую, как хочу жрать и пить. А боль в голове и мерзкая тошнота намекают, что я еще и с бодуна. Все это очень хорошо погружает в новую неприятную реальность.

Я не вижу выхода отсюда. Вообще никакого. А я прекрасно знаю, как выбираться из пещер и тюремных камер. Но тут... глухо. Ни одной идеи или мысли. Если череп говорит правду и счет времени у меня на минуты, то нужно принимать решение. И быстро.

Краем глаза кошусь на склизкую медузу с щупальцами в одной из емкостей. Представляю, как жарю кусок этой дрянины над факелом и еле сдерживаю приступ тошноты.

В голосе черепа проскальзывает нервозность:

— Парень, мне тоже не хочется тысячу лет пылиться в сундуке под семью печатями Ашхи. Я не вру тебе. Времени мало.

Вздыхаю:

— Хорошо, твоя взяла. Уверен, что пожалею об это, но... — приближаюсь к черепу. — Давай сначала познакомимся. Меня зовут Темнов Денис Аркадьевич. В отличие от тебя, мне всего-то двадцать девять лет. У себя хм-м... в мире, я коллекционер. Один из самых богатых и влиятельных людей, о которых не пишут истории и не говорят в новостях. Если ты считаешь, что меня можно легко и без последствий обвести вокруг пальца, то обещаю, что очень скоро я докажу тебе обратное. Мы поняли друг друга, великий маг с непонятного мира?

— Отлично поняли, парень, — нотки торжества не ускользают от меня.

Киваю, протягиваю руку к черепу и... замираю, сжав в кулак.

— Ну чего еще? — рычит он.

— Я решил доказать тебе прямо сейчас, что со мной выгоднее дружить.

Сажусь на пол, совершенно не чувствуя холод. Посвистываю незатейливый ритм.

— Во имя гнили, парень, ты что, спятил?!

— Знаешь, я решил рискнуть, — осматриваю свои ногти. — Ты ведь можешь вытащить меня отсюда без всяких контрактов, верно? Старикан же как-то меня сюда засунул. Если сделаешь это, то обещаю, что первым делом запрячу тебя в другое место. Туда, где тебя обязательно кто-нибудь найдет. Может какой-нибудь грибник или пастух... Но точно не через тысячу лет. Заключишь с ним контракт, заливая в уши сладкую брехню для дураков. Я же лучше попробую выбраться отсюда самостоятельно, чем заключу сделку с семитысячелетним черепом. Не получится, ну что ж... История оккультных предметов говорит мне, что смерть лучше, чем сделка с дьяволом. Так что иди-ка ты в жопу, череп.

— Ах ты... мальчишка... — шипит змей-искуситель.

— Сам подумай. Если согласишься, я спасусь, а тебя не запрут на тысячу лет. Мы оба в шоколаде. А так я всего лишь сдохну тут от голода. Тебе-то что с этого? — пожимаю плечами. — На лицо очевидное решение. Ну так что? Подпишешь МОЙ контракт? Это намного выгоднее, чем строить из себя гордую проститутку.

Передразниваю сухой голос черепа:

— Я не вру тебе. Времени мало.

Что ж, получилось немного борзо, но иногда и семитысячелетние черепа нужно ставить на место. В молодости я часто общался с большими и влиятельными людьми. Если бы мямлил, как девочка, и соглашался на всё подряд, то они не имели бы со мной никаких дел, считая очередным пушечным мясом.

Какое-то время в пещере звучат лишь звуки горящего пламени и эхо от моего посвистывания. Череп становится обычным черепом — молчаливым предметом интерьера логова некроманта. Я уже запереживал, не наплевал ли древний маг на наглеца. Но вот он спокойно говорит:

— Договорились, парень. Контракт пока не заключаем. Но у меня одно условие. Как только освобожу тебя, ты заберешь меня с собой, а не перепрячешь. Ты меня заинтересовал и я не хочу связываться с грибниками. Оказаться в руках немагических созданий — самая унылая часть моего существования.

Отлично! Как я и думал, мудрые черепа не будут ломаться, как гордые девочки. Я бы на его месте тоже согласился. Лучше оказаться ни с чем, чем в большом минусе. Основное правило ведения бизнеса.

Хм...

Интересно, сколько эта кость стоит на местном черном рынке? Может получится одной сделкой сделать себе шикарный капитал?

Закидываю удочку с подозрениями:

— Взять тебя с собой? Если меня поймают с каким-то проклятым артефактом...

— Раздери тебя гниль, парень. За тысячи лет я не встречал такого параноика. Ты из знати, и никто не будет тебя обыскивать. Да и вообще, тебя идут спасать, а не убивать. А я не излучаю никаких очевидно зловещих и темных аур, поэтому если будешь осторожным, всё закончится хорошо для нас обоих. Хранение черепов не считается таким уж подозрительным в этом мире. В некоторых семьях на полках лежат кости целых поколений.

— То есть никакой маг не определит, что ты плод страшного ритуала? Просто череп?

— Если поводок твоей родовой печати не тянется мне в глазницу, то и определять ничего не надо.

— Ты не ответил на вопрос.

— Выгрызи тебе глаза черви, парень. Ты не сильно торопишься, да? Ладно, отвечу. Высшие мастера энтропии легко почувствуют меня. Но они вне закона, так что на улице их не встретишь, — голос черепа сквозит пренебрежением: — Только в Аббатстве есть официальные исследователи этого богомерзкого искусства. Но идти туда я не советую. А теперь одевайся, парень.