— Такую, что ты для меня безумно важный человек, а не игрушка. Что ты нужна мне и я тебя люблю, — отвечает Макс с легкой улыбкой и убирает руку, явно удовлетворенный моей реакцией. — Как итог, она обещала покапать твоему отцу на мозги, чтобы тот не выбил из меня остатки ума при следующей встрече.

— Почему ты не сказал? Почему она не сказала?! — непонимающе хлопаю глазами и стараюсь осмыслить услышанное.

— Потому что я попросил не говорить, — ухмыляется Майер. — Но будь уверена, с Эдом она этот вопрос обсудила во всех ракурсах. А вот тебе не сказал, потому что немного не знал, как именно.

— А сейчас, вдруг, резко сообразил, да? — обиженно складываю руки на груди и отсаживаюсь к противоположной двери.

С серьезным видом смотрю на проезжающие мимо автомобили, но в душе улыбаюсь. Черт! Какой еще мужчина будет впрягаться в семейные дрязги своей девушки и так волноваться? Мне кажется, что любой другой попросту бы ждал, пока я сама утрясу этот вопрос с родителями о своих отношениях. Избегал бы встреч с ними, вот точно! А тут…

— Ия, — чувствую тепло тела Максимилиана и тихий шепот на ухо. Господи, так мое имя может произносить только он… — Прости, что скрыл встречу. Я не сделал ничего плохого, но готов понести наказание.

Из груди вырывается нервный смешок и я поворачиваю голову к мужчине. Его глаза горят присущим только Максу озорством и на губах красуется любимая усмешка.

— Я прощаю, просто не ожидала от тебя такого и даже приятно удивлена, — отвечаю я и вижу как поблескивает радость в его глазах.

Когда возвращаемся в особняк и поднимаемся в комнату, я вспоминаю о том, что так и не спросила.

— Макс, а что будет с аукционом?

Мужчина заметно хмурится и я вижу как напрягаются его плечи. Он отходит к окну и задумчиво смотрит куда-то вдаль. Кажется, ничего хорошего я не получу в ответ.

— Его не будет, — вдруг говорит Майер и поворачивается ко мне лицом, приближаясь шаг за шагом. — Мы с отцом урегулировали этот вопрос.

Женитьбой на Ингрид? — хочу спросить я, но прикусываю язык.

— Я вижу по твоему лицу, что тебе что-то хочется спросить, — вкрадчиво произносит Макс и притягивает меня к себе. — Спроси… если сможешь, — смеется он и запечатывает мой рот поцелуем.

Жадно и властно его губы терзают мои, заставляя слабеть в сильных руках. Он в одну секунду подчиняет мое тело и разум себе, выбивая из головы все вопросы и предрассудки.

— Ну наконец-то никаких пряток, — рычит он мне в губы и начинает стягивать с меня одежду.

— Подожди, — вырываюсь из его цепких объятий я, но мужчина не пускает и медленно тянет к постели. Его руки исследуют каждый сантиметр моей кожи, а страстный поцелуй доводит меня до исступления. — Макс… Майер… Макс… Черт, профессор…!

Мужчина резко отстраняется и наклоняет голову набок. Тону в черноте его зрачков и отчетливо ощущаю его желание.

— Включила режим грязной студентки? — ухмыляется он и сжимает мою задницу. — Назови меня так еще раз, это возбуждает.

— Да… Нет… Я сначала в ванную… Мне надо в ванную…

Вылезаю таки из его хватки и иду к чемодану. Кое-что у меня было заготовлено исключительно для наших выходных в Германии. Никак не могу отдышаться и едва стою на ногах, до сих пор находясь под действием его опьяняющих поцелуев.

Со стоном Майер валится на кровать, раскинув руки, и говорит, глядя в потолок:

— Я умею ждать, Беликова.

Прихватив приготовленный комплект белья и косметичку, я забегаю в ванную. Принимаю душ, переодеваюсь в шикарный комплект белья с пеньюаром, подаренный Ликой на мое восемнадцатилетие. Никогда бы на свете не надела его просто так, только для особого случая. Крашу губы, стираю. Снова крашу и снова стираю. Начинаю суетиться и роняю на пол флакон духов, к счастью он не разбивается. Закончив наводить марафет, смотрю на себя в зеркало и снова краснею. Я на себя не похожа, даже взгляд другой, более томный что ли…

Выдохнув, я медленно выхожу из ванной и поднимаю взгляд на… мирно спящего мужчину. Нет, он конечно молодец, разделся до боксеров, но что с ним теперь делать? Становится смешно и я ощущаю себя неимоверно глупо: это ж сколько надо было в ванной возиться, чтобы он вырубился?

Ай да Ия, ай да молодец!

Ложусь напротив Макса и рассматриваю его лицо. Хочется потрогать, поцеловать, но будить не хочется.

— Не умеешь ты ждать, профессор, — с улыбкой шепчу я, натягивая на нас одеяло.

Не знаю как скоро мне удается уснуть, но просыпаюсь я от какого-то кошмара. Совершенно не помню его сути, но до сих пор ощущаю как колотится сердце в груди и больше не могу успокоиться и уснуть. Бросаю короткий взгляд на часы — половина шестого, затем на мужчину, все так же безмятежно спящего рядом, и решаюсь переодеться и спуститься на кухню для приготовления завтрака. Это ведь не запрещено, верно?

Натягиваю на себя джинсы с толстовкой и ускользаю из комнаты. Двигаюсь по коридору к лестнице, как вдруг, открывается одна из боковых дверей и в меня со всего маху кто-то влетает.