Так, стоп. Почему десять минут-то? Сейчас только семь утра, а нам ко второй паре, значит к десяти. Быстро набираю ей ответ с вопросительным смайлом и снова откидываюсь на подушки, мечтательно прикрыв глаза.

На несколько минут проваливаюсь в сон, ровно до того момента как в мою спальню влетает взъерошенная подруга с испуганными и одновременно виноватыми глазами.

— Лика, что такое случилось?! — подскакиваю на кровати и закутываюсь в одеяло.

— На, любуйся! — Энжи бросает мне поверх одеяла стопку распечатанных листов из сети. — Нет, нет, ты посмотри! Ты должна знать!

Ее голос нервный, срывающийся и в моей душе начинает нарастать неприятное волнение. Опускаю взгляд на распечатки и сонными глазами пытаюсь зацепиться за информацию.

Так, что тут у нас…

Замираю, глядя на титульный лист какого-то немецкого онлайн-глянца, где красуются Макс и Ингрид. Во время печати Лике перевело заголовок, пусть и коряво, но суть ясна:

"Дождались! Сын миллиардера женится на нефтяной принцессе!".

Смотрю, как эта змея целует Майера, выставив в камеру руку со сверкающим кольцом. А самое ужасное, что я знаю где и когда был сделан этот гребаный снимок. Точное время знаю и точное место — позавчера на годовщине компании Генриха Майера.

Чувствую, как начинают дрожать мои губы и перед глазами все плывет.

— Откуда это? — заставляю себя выдавить пару слов и это роковая ошибка, ведь вместе с ними последний кислород покидает мои легкие.

Виски сдавливает неведомой силой и я не могу заставить себя вздохнуть. Сердце барабанит как сумасшедшее в грудной клетке. Так и норовит выскочить, чтобы окончательно разбиться об пол.

— Я не знаю, как скоро это будет в русских журналах и статьях, но это было во всех немецких новостях уже вчера. Это мои родители прислали, — Энжи заламывает руки и я вижу слезы в ее глазах. — Спросили, не мой ли это преподаватель и… не моя ли подруга… Прости меня, но ты должна знать…

Вопросительно приподнимаю брови и перелистываю распечатку. Кажется, что хуже уже и быть не может, но нет. Может.

Новый журнал, новые заголовки:

"Сбежавший сын миллиардера преподает в Российском университете и… спит со студенткой!"

"Плейбой не изменяет своим привычкам. Наигрался со студенткой и вернулся к невесте!"

"Максимилиан Майер готов принять империю отца и привести в семейный бизнес бонус — нефтяную принцессу в качестве жены!".

Смотрю на наши фото с Маером: как мы сидим за столом на банкете, как он целует меня на прощание и как я мечтательно смотрю ему в спину.

Заголовки пестрят один за другим, пока я нервно перебираю листы.

"Соблазнила профессора, а он оказался миллионером. Знала ли она об этом?"

"Что теперь будет с экзаменом?! А что скажет невеста об интрижке будущего мужа с легкомысленной Россиянкой."

Какой же кошмар. Какой позор. За что? Почему?!

Крупные слезы капают из глаз прямо на печатные листы, размывая статьи и фотографии. А я не могу понять, не могу поверить — как же так?

Теперь я понимаю, почему Макс так дергался и суетился перед банкетом — он нервничал перед тем как сделать предложение. А эти его слова "не хочу отпускать" — тоже часть игры? Мной после банкета он похоже просто утешился, успокоил нервишки после предложения, так ведь это делается, да…

Он же обещал. Он же говорил, что любит. Он клялся, что сделает больно только раз и больше никогда.

Похоже его обещания, как и слова любви ничего не стоят. А моя любовь меркнет перед наследством и перспективами дальнейшей жизни с Ингрид…

— Ия… — зовет меня Лика, но я ее не слышу.

Судорожно выдыхаю, организм избавляется от последних крупиц кислорода и я погружаюсь в бездонный вакуум. Не могу дышать, грудную клетку сдавило невидимым жгутом. Как же больно… Почти что физически.

Как же так? Как можно было так лохануться и влюбиться в… Этого!

Встаю с кровати и иду к окну, в надежде что если открою его, то поток свежего воздуха отрезвит мое сознание. Но какой в нем смысл, если сделать вдох для меня непостижимая задача.

Глаза жгут горькие слезы, голова кружится и внутри меня будто что-то ломается. Ноги подкашиваются и я падаю на пол, погружаясь в безудержные рыдания.

— Мать твою, что случилось?! — забегает в комнату перепуганный Ян и начинает громко о чем-то спорить с подругой.

Но мне плевать. Все звуки вокруг превращаются в бессвязный шум, а я сижу посреди комнаты на коленях и захлебываюсь слезами.

Макс… Он растоптал мою душу, разбил сердце, унизил и уничтожил… Разве могут люди так убедительно лгать о чувствах? Похоже, что могут. А может быть я вообще сама все придумала и никакой любви и не было?