Только вот девчонка сильнее распахивает и без того огромные глаза и убегает обратно. Кто-то не рад меня видеть?

Юна

ELMAN & Orxan — С неба до земли

Что он здесь делает? Мысль только простреливает висок, а нервные импульсы уже бегут от мозга по всему телу. На полпути в зал резко торможу и даю задний ход. Бросаю подносы с заказами на баре и ныряю в узкий коридор — мимо бэка, прямиком в туалетную комнату.

Первым делом запираюсь в кабинке, после думаю о том, что в уборную зашла в фартуке. Если Скелетина увидит, припишет нарушение санитарных норм и с удовольствием оштрафует еще на пару тысяч. Знаю, понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Сейчас мной руководит панический ужас, я вижу его в отражении: зрачки расширены, щеки покраснели.

Я пытаюсь пригладить закрутившиеся, как у пуделя, волосы, которые выбились из косы, но бесполезно — влажность на улице диктует свои условия. Я пытаюсь улыбнуться зеркалу, но ощущаю, как спину под кофтой покрывает испарина, и сдаюсь. Себя мне не победить.

Умываюсь холодной водой, промакиваю бумажным полотенцем лицо, стирая и без того блеклые румяна. Хорошо, что ресницы не накрашены, от природы густые, было бы еще хуже. Делаю глубокий вдох, грудная клетка вибрирует. Убеждаю себя, нет, даже приказываю собраться и выйти уже в конце концов в зал, там жарк?е стынет для вредных клиентов, что не забывают отпускать сальные шуточки уже несколько часов подряд.

Выдох, и через минуту заказы приземляются на столики. Оглядываюсь вокруг, намеренно игнорируя дальний угол, там за мной без сомнения — чувствую — наблюдают. Помощи ждать неоткуда, в баре полная посадка. За меня никто не обслужит новую компанию: Таня все еще пропадает где-то, а Чип и Дейл и без того зашиваются — это наши близнецы-официанты, которых я довольно легко различаю по улыбке. Вот без нее сложнее дело обстоит.

С нервным смешком беру пачку меню и делаю шаг, второй. Я здесь работаю, это моя территория — должно быть проще от подобной установки, но не помогает. Знаю, наша встреча неизбежна, как столкновение «Титаника» с айсбергом. И все равно сопротивляюсь, пока с каждым движением вперед воздух электризуется сильнее, густеет. Его глаза, Дыма, находят мои и удерживают магнитом. Сердце разгоняется, стук отдает в виски. Я будто погружаюсь под воду: слышу свое дыхание и ничего кроме.

— Добрый вечер, — обращаюсь ко всем, трусливо пряча взгляд в столе, когда раскладываю меню. — Меня зовут Юна, сегодня я буду вашим официантом. Что-нибудь желаете заказать сразу?

И лишь теперь, достав из фартука блокнот, смелею настолько, чтобы поднять глаза. Все-таки на работе общаться с мужчинами у меня выходит лучше. Ася говорит, если бы я вела себя так в повседневной жизни, уже давно бы кого-нибудь подцепила. Только зачем мне «кто-то»?

— Юна — это как «Юнона и Авось»? — спрашивает темноволосый парень, ощупывая без рук.

— Юна — это как Юна, — отвечаю почти спокойно, но все равно мурашки расползаются по спине, пожаром горит левая щека.

— Красавица, что посоветуешь старикам? У нас поход в «Кроличью нору» сорвался, хотим горе залить, — говорит самый старший на вид. Его обнимает со спины тот, кто представился Максом и нахально облизывается.

— У Палыча день рождения, — поясняет, точно это должно мне что-то сказать, — а они затеяли воду отключать!

Не буду расстраивать их, что в «Норе» сегодня закрытая вечеринка. Меня именно поэтому и вызвали — ожидали наплыв посетителей.

— Если у вас день рождения, на весь заказ будет скидка пятнадцать процентов при предъявлении документов, — произношу заученные фразы.

Именинник расплывается в улыбке, хохочет в голос, а затем вдруг теряется и хлопает себя по карманам.

— Я паспорт в части оставил! Египетская сила! — ругается так забавно, что я сама едва сдерживаю смех.

— Тогда представим, что я их видела.

— Мне нравится сервис!

— Юна, что вы посоветуете?

— А к ракам сколько пива бесплатно идет?

Мужчины галдят наперебой, но совсем не пугают, в отличие от того, кто молчит и на кого я по-прежнему боюсь взглянуть.

— Попробуйте наши фирменные ребрышки. Вообще все блюда из свинины пользуются популярностью.

— Алан у нас осетин, — делают замечание, но я не теряюсь.

— Тогда говяжий стейк или шашлык из баранины.

Я вхожу в раж и уже скоро, предвосхищая вопросы, сыплю ответами.

— Итак, три фирменных, два темных эля и…

— Безалкогольное, — под недовольный гул, судя по всему, коллег, заказывает Дым.

Быстро делаю пометки в блокноте, все еще глядя куда угодно, только не на него. Из колонок начинают доноситься громкие звуки гитары и барабанов — местные музыканты настраивают инструменты, и я решаю, что самое время бежать и бежать как можно дальше. Тянусь забрать меню, и на короткий миг кажется, что снова чувствую запах дыма. Да, среди мясных блюд и сотни других ароматов. Я чувствую тот же запах, что почудился мне в больнице. Ерунда какая-то!