— Что означало пророчество, сэр? — спросил Белтайн, пока шел с Гаунтом через шлюзы наружу.

— Сестра Элинор сказала, что есть две опасности: одна – настоящее зло, одна – недопонимание. Я верю, что недопонимание – это Сорик. Помнишь, она сказала мне быть осторожным, потому что комиссары ужасно рады стрелять по любому поводу. Это кажется подходящим. Он – ключ, и я бы его казнил до того, как обнаружил бы это.

— А что про другое?

— Ну, это то, что мы сейчас ищем.

— И что она там сказала в конце... «Позволь своему самому острому глазу показать тебе правду»? — Гаунт кивнул. — Подними все подразделения, которые все еще в поле. Скажи им, что Беати в опасности, и что они должны найти ее и охранять. И вызови мне по связи Макколла. Он мой самый острый глаз. Гаунт сделал паузу. — И Ларкина тоже.

— Святейшество! Ваше святейшество! — Домор бежал через двор к тому месту, где стояла Беати. Майло был с ней.

Казалось, что она пристально смотрит в небо.

Домору пришлось кричать, чтобы быть услышанным сквозь бомбардировку, доносящуюся с соседних улиц.

— Еще один вокс-сигнал! От Маршала Биаги на этот раз. Он повторяет инструкции Полковника-Комиссара Гаунта. Мы должны отправиться в Старый Улей. Это срочно! Святейшество?

— Я думаю, что она понимает,— сказал Майло. Земля содрогнулась, когда танковый снаряд уничтожил коммерческую собственность не далее, чем в семидесяти метрах. — Мы в любом случае не можем здесь больше оставаться. Саббат задрожала, как будто ночной воздух был холодным. По правде, было очень жарко от бушующих огненных штормов.

— Что такое? — спросил Майло.

— Он идет. Приближается конец игры.

— О ком это она говорит? — спросил Домор Майло.

Майло помотал головой. — Нам нужно уходить в Старый Улей прямо сейчас, Саббат,— сказал Майло. — Они ждут нас. Мы им нужны.

Беати повернулась и посмотрела на него с легкой улыбкой. Иногда, как сейчас, когда свет от огня сбоку освещал ее черты, у нее было внушающее ужас выражение лица.

— Скоро,— уверила она. — Еще одно рискованное предприятие. Мы должны добраться до сельскохозяйственных куполов.

Снаружи, на голых пустошах Великой Западной Обсиды, ночь была суровой, ниже нуля, овеваемая жестокими ветрами с внешних территорий. Люминесцентные лампы светились и покачивались на ветру, холодно освещая ряд за рядом пустые десантные корабли и транспортники. Их передние шлюзы были открыты, в сторону юга.

Там, далеко, лежал Цивитас, погруженный во мрак и вспышки войны. Оранжевое сияние от огненных штормов озаряло горизонт.

Двигатели выли и работали с перегрузкой на одиноком транспортнике, намного более бронированном, чем остальные, летящим низко над землей, поднимая волны пыли более яростно, чем пустынные ветра. Эскорт из Цикад повернулся и полетел назад. Двигатели горели синим. Гидравлические когти выдвинулись, и боевой транспорт приземлился, как гигантский москит.

Рампы откинулись. Наружу вырвался свет. Отряды рабов повалили из люков, за ними маршировала коробка Свиты в полной боевой броне. Свита, из пятиста воинов, разделилась с четкостью, как на параде, раскачивая своим оружием на плечах в идеально синхронизированном движении, и сформировала две линии почетной гвардии.

Этродай, связанный с ним меч был покрыт кожей и голоден, быстро сошел с рампы, и затем за ним последовал Он.

Он был одет для войны в блестящую черную броню. Его лицо закрывал Его рогатый шлем. Свита зашептала стоны уважения.

Энок Иннокенти, Магистр, Военачальник, избранный последователь Архонта, ступил на пыльную землю Херодора. Он поднял Свои руки в приветствии.

Свита закричала Его имя.

Несколько людей из взвода Корбека озвучили свои жалобы, и Корбек мог частично понять почему.

— Когда же фес мы будем отступать? — сказал Баул.

— Ради феса, почему мы все еще здесь? — сказал Коун.

— У нас есть работа, парни,— заверил их Корбек. Инструкции были просты. Найти Беати и доставить ее в Старый Улей. И, в особенности, ожидать по-настоящему плохие вещи. Из которых хуже всего, несомненно, была девятка.

Они больше не сражались. Они прятались. Скрытно, используя каждую крупицу Танитского умения ориентироваться, они пробирались сквозь руины Склона Гильдии. Они избегали приближающиеся отряды Кровавого Пакта, и прятались, пока красные танки с яркими фонарями с грохотом проезжают мимо. Когда обстоятельства вынуждали, были одна, или три, перестрелки, но затем все было строго – ударить и отступить.

Они работали в тенях и оставались в живых.

Корбек был рад иметь Маквеннера с собой. Он сбился со счета, сколько глоток Кровавого Пакта Вен перерезал этой ночью, пока вел их к точке. Не было никаких сомнений в том, что все они умрут здесь, на Херодоре, так или иначе. Так складывались шансы, и даже Варл или Фейгор не дали бы больше. К фесу, они собирались хорошо себя показать.

С накинутым поверх, как капюшон, плащом, Корбек побежал вперед по знаку Вена, пробегая мимо Оррина, Коуна, Коула и Ирвинна, сидящих в укрытии. Он добежал до угла улицы, и, использовал тени от горящего общинного холла, чтобы слиться с местность. Он поднял руку и сам подал сигнал.