31 октября 1950 года. Москва.

Стадион "Динамо" полон под завязку и недовольно гудит под бодрую песню из репродукторов. Начало матча перенесли на час из-за проблем с освещением. Наш врач находится в полной прострации. Трэнэр рвёт и мечет. О переносе сообщили, когда большая часть нашей команды закинулась чудо-таблетками. Действие препарата теперь закончится где-то к концу первого тайма, а потом начнётся отходняк и наших "лётчиков" на поле можно будет брать тёпленькими. Я, как знал, придержал порошочек. Перед выходом на поле, отходим с Васечкой в туалет, и, прикрывая друг друга, принимаем "лекарство" в антисанитарных условиях.

В первом тайме, на смачный гол Шувалова с моего паса и на гол с пенальти товарища Колобкова, динамовцы ответили рабочим голом Кости Бескова и, улыбаясь, ушли в раздевалку. 2:1.

Василий Сталин не допустил бы такого. Сейчас бы или свет на стадионе вырубился бы или ещё что.

В перерыве с Пираевым стало плохо. Этот, не побоюсь этого слова, дебил зачем-то принял вещество вместе с полевыми игроками. У всех, кроме голкипера уже был опыт принятия "лекарства" и организмы реагировали адекватно. Короче, замена вратаря. Расплевавшийся с трэнэром Акимов, как ни в чём не бывало, занимает место в воротах. Весь второй тайм мы с Колобком носимся, как угорелые, чтобы помочь нашим поплывшим защитникам. У Метельского и вовсе в какой-то момент пена изо рта пошла. Заменили на Бубукина. Здесь небольшое чудо сотворил динамовец Сальников. Я помнил, как он, играя за ленинградский "Зенит" в 1944-м забивал голы после фантастической обводки. Именно, благодаря победному мячу Сальникова, Кубок СССР тогда достался моему родному городу. Вот и сейчас, как и тогда он обходит одного, другого. Я бросаюсь на динамовца в штрафной… Но, он прокрутив на мне что-то похожее на "финт Зидана", вышел один на один и спокойно положил мяч в угол. 2:2.

Замечаю, как тренер динамовцев Дубинин подзывает своего защитника Иванова и что-то тому внушает. Этот игрок у "Динамо" был типа НХЛовского бойца-тафгая. Жёстко сыграть, припугнуть соперника, а то и подраться — всё это Иванов освоил на отлично.

Во время подачи углового у наших ворот между нашим обычно невозмутимым воротчиком Акимовым и вот тем вот бойцом Ивановым, завязалась драка. Под улюлюканье болельщиков, бузотёры покинули поле. Удаление. А замены то у нас кончились. Наш капитан Костя Крижевский вручает мне вратарские перчатки. А Васечка, хлопнув по моей спине, затягивает:

— Эй, вратарь готовься к бою…

До конца матча минут пять. Как-нибудь продержимся, а завтра — переигровка. Но, нет… В нашей штрафной срубают Костю Бескова. Сам же пострадавший собирается бить одиннадцатиметровый. По беговым дорожкам за наши ворота прибежали оператор с кинокамерой и куча фотокорреспондентов. Стадион жаждет триумфа. Все полевые игроки обеих команд собрались возле штрафной. Последняя минута матча.

Подхожу в штанге. Глажу её, как любимую девушку, и через кепку, бьюсь о спортинвентарь своей дурной головой. Искры сыпятся из глаз. Судья даёт заунывно-протяжный свисток. Бесков чуть ли не пешком разбегается и бьёт… Стараюсь определить направление удара. Успеваю сделать бросок и вытянуться в струнку на нужной высоте. https://youtu.be/AjwSYVTjbCQ?t=6

Бросаю мяч себе на выход и рвусь к чужим воротам, чувствуя топот за спиной. Как в тумане, бью по мячу под бросившимся в ноги Хомичем. 3:2.

"Нет лёгких соперников пока не победишь. После ты можешь сказать, что это было легко."

31 октября 1950 года. Москва.

Вчера на стадионе Метельскому и Пираеву до прибытия скорой успели промыть желудок и, вроде бы, всё обошлось. Видел в прошлой жизни, как у наркушников пена шла изо рта после передоза. Тут было менее драматично, но, один хрен, люди могли если не умереть, то стать инвалидами. Поэтому, я правильно сделал, что настоял в прошлом месяце на сдаче Граевской на склад всех несписанных "веществ" и строго-настрого запретил применять "волшебные таблетки". Маслов побухтел для порядка, но согласился.

Из телефонного разговора с тренером я узнал, что Нина Даниловна, по моей наводке, в команде навела шухер. На каждого игрока заведена амбарная тетрадь. Ежедневный осмотр перед тренировкой, еженедельные тесты, ежемесячные обследования. Все болезни и недуги фиксировались в зародыше и оперативно лечились. Через ГАЗ в диспансер пробили самое современное оборудование, даже стоматологическое. В команде Нину Даниловну сейчас побаиваются. Она уже не та беспомощная врачиха, которую лапали за буфера. Она одним словом могла отстранить игрока от тренировки или игры. А, в случае нескольких нарушений, могла поставить в Совете клуба вопрос об отчислении. Да, про Совет клуба. Туда кроме Маслова и Граевской, вошли мой бизнес-партнёр Шестернёв, взявший на себя должность начальника команды, а так же заводской представитель — Иван Киселёв, работавший зам. начальника моторного цеха. От игроков в Совет клуба входил капитан команды Василий Васильев. Он был старшим среди новичков по возрасту — 23 года. Неконфликтный и исполнительный, он устраивал руководство клуба.

Маслов ещё посетовал на скулёж половины команды от нагрузок. А ведь в планах увеличение тренировочного процесса в началу следующего сезона. Почти половина "ветеранов" покинула клуб, найдя более спокойные места за те же деньги. Оставшиеся почти тридцать человек требовали ежедневного пригляда и загрузки. Требовался новый замтренера, так как, Эпштейн ушёл с головой в хоккейный клуб и в организацию областного турнира "Золотая шайба".

А где же парторг? — спросят внимательные читатели. А его функции взял на себя партиец Шестернёв. Партработники горкома и даже обкома его откровенно побаивались. И не зря. Ведь рядом с ним всегда находились "секретари" с военной выправкой и рентгенисто-стальным взглядом. Парни в войну в тылу не отсиживались… Ну, а то, что срок есть… Так, у многих есть…

Звоню так же бизнес-партнёру. Шестернёв, став начальником команды, сдал "свой" склад заместителю и добился у руководства ГАЗа строительства в 1952-м году "спортивного дома". Все шестнадцать квартир будут предназначены для футболистов и руководства "Торпедо" в случае, если команда не вылетит из класса "А". А я ещё подкинул идею насчёт подарка завода за Чемпионство. И игрокам основы, и руководству клуба по легковой машине.

Присвоен повышенный статус "Скромняга 2".