Партнёр посмеялся над моими мечтами, но, пообещал озвучить идею перед руководством завода. Шестернёв ещё порадовал, что на доработку "Бычка" удалось подрядить хорошего газовского конструктора Александра Просвирина. С его советами мы точно победим в конкурсе.

Обо всём этом я думал потягивая из бутылки "Ленинградское" в сквере у телефонной станции после общения с "горьковчанами".

Нужно в магазине купить что-нибудь на ужин. Сегодня моя очередь готовить.

1 ноября 1950 года. Москва.

Утром наш капитан Костя Крижевский сообщил новость — Сергея Сальникова "отцепили" от сборной из-за сигнала из милиции. Он бегал от контролёров в поезде и его узнали. Прислали бумагу в Спорткомитет. Так, что меня снова берут в сборную запасным.

Перед футбольной тренировкой "ВВС", я сделал очень удачный заброс про тренера в Горький. У нас в дубле ВВС доигрывают два "ветерана" — братья Жарковы. Вася и Витя звёзд с неба не хватали. Выходили играть за дубль и иногда за основу на замену, проводили разминки и тренировки. У них был более звёздный старший брат — Георгий, что повесил в этом сезоне бутсы на гвоздь в московском "Торпедо". В своём клубе места ему не нашлось. Он был незаурядным футболистом, плеймейкером, как сказали бы позже. И, что важно для трудоустройства в Горький, как тренер он был неплох. Это я знал по 1957 году, когда Георгий Жарков привёл возглавляемый им "Зенит" к четвёртому месту в Первенстве страны. После встречи с моим бывшим-будущим главным тренером, вопрос с замом для Маслова был закрыт.

Вечером занимался выбором подарков. Скоро дни рождения у расцветающей на глазах Люси Гурченко, у знатного жениха Лёвы Булганина и у притворившейся лапочкой перед свадьбой Дашеньки "Стальной Кулак". Для Люси я купил у Апсолона модные пластинки, Лёве приобрёл после бурной торговли у товарища Фингера почти новый чемодан с лейблом Samsonite, отдалённо напоминающий не появившееся ещё "дипломаты", и журнальчик недвусмысленного содержания. Неизвестно, какому подарку дружище-мажор будет рад больше. Советоваться про подарок для Даши я зашёл в Общесоюзный Дом моделей. Но, Вии не было. Нашёл там модельера Веру Аралову. Она принимала старую (во всех смыслах) подругу — Лилю Брик (ту, что с Маяковским зажигала) и согласилась посоветовать что-нибудь "настойчивому юноше" для невестки маршала Булганина.

Женская душа потёмки. Золото и бриллианты — лёвина забота.

— Мне бы скромно и со вкусом. — озвучиваю я свою просьбу Вере.

— А что так? — интересуется "бабушка" Лиля, — Спортсменам плохо платят?

Пожимаю плечами и смотрю на задумавшуюся модработницу. Аралова переводит взгляд на коробку с красными сапогами на молниях и, закрывает глаза, задумавшись. Мы с Лилей качаем друг другу головами в предвкушении ответа…

— Сапоги подари. — выдаёт Аралова, — Какой размер?

— Не-е, — тяну я, вставая, — Они стоят, как половина "Москвича".

— Бери за так, — говорит модельерша, — Всё равно худсовет зарубил их в зарубежную поездку… И в наш показ мод тоже… "Буржуазное течение. Из них можно сделать две пары ботинок…" Так, что пусть перед свёкром и гостями походит… Может, и разрешат тогда сапожки…

Подруга Маяковского чуть не перевернула блюдце, ставя чашку с чаем.

— Ну, ты, Верочка, и лиса… За что тебя и люблю, — подводит итог моим раздумьям Лиля Брик, — Эй. Товарищ. Размеры своей девушки помните?

Подруги загоготали, показывая на себе предполагаемые ательешные размеры невестки, а я подошёл к коробкам и с "сантиметром" нашёл, то что надо. Хорошо запомнил я дашин ножной размерчик после полуторачасовой примерки женских туфель у товарища Фингера. Как тогда не взорвался мой разум возмущённый — не понятно…

Надыбав с помощью богемных советских женщин солидный подарок, выхожу из Дома моделей и, к своему удивлению, запеваю, вспоминая модельные изгибы прелестниц: "Шери, шери, леди…" Осекаюсь, увидев заинтересованный взгляд швейцара.

4 ноября 1950 года. Москва.

Финал Кубка СССР перенесли на пару дней раньше из-за приезда шведов. Стадион "Динамо" гудит в предвкушении начала матча. Мы со спартаковцами замерли в коридоре перед выходом на поле. Стоящему рядом Симоняну передаю устное приглашение на мой ДэРэ.

— А девушки красивые будут? — спрашивает заулыбавшийся Никита.

— Лучшие в Союзе. Гарантирую. — только успеваю ответить я, как судья Латышев выводит команды на поле.

Буквально во второй атаке спартаковцы открывают счёт. Симонян, получив мяч от Нетто, продрался сквозь нашу защиту и уперся в вышедшего из ворот Акимова. Форвард сделал ложный замах, уложив вратаря, и пустил мяч над ним в пустые ворота. 0:1. Трибуны, где спартаковских болельщиков гораздо больше, заходятся в экстазе.

Вожусь с мячом в центре поля. Меня атакуют двое, пытаясь выбить мяч. Отхожу назад и, резко развернувшись, перекидываю мяч "радугой" над головами соперников. Обегаю по дуге опешивших на мгновение спартаковцев и выкладываю пас на Боброва. Сёва не стал обыгрывать опытного Василия Соловьёва, а ударил сходу и красиво попал в "девятку". 1:1.

После перерыва команды, как угорелые, носились по полю. Я, играю правого вингера, вместо Анисимова. Опекающий меня Сеглин видимо не до конца оправился от травмы и раз за разом упускал меня в прорыв по краю. Вот я подойдя к правому углу штрафной пасую назад на Колобкова. Тот, разбегается словно собираясь пробить мячом кучу игроков перед воротами и, подсекает мяч, посылая его над головой моего опекуна. Делаю рывок за спину защитника, и не дав приземлиться планирующему мячу, расстреливаю ворота слёта. 2:1.