— Видимо ждали мобилизацию, потому так долго ехали, — заметил Йорик.

— Капец они метеоры! — потянул я, но удивлён не был. С другой стороны, ради нас мобилизовали три сотни вассального ополчения — значит наш отряд серьёзно воспринимают армией вторжения. Это плохо.

— Их больше нас, и вооружены для боя, — продолжал Вольдемар. — А с учётом того, что в этих стенах ещё и городская стража… Рыпаться нам нет смысла, и смысла держать наших в плену нет — пара десятков с башен картины не изменит.

— Плюс городское ополчение из лавочников, — скривился дядька Берни.

— В общем, все ворота под контролем. В городе полно их патрулей, — продолжал Вольдемар. — Если навалятся — мы умоем их кровью, но шансов победить нет. Задавят.

— Они приехали без заводных, — а это Йорик. — И уже взяли под контроль все ключевые точки города. Если начнём пробиваться — тоже умоемся кровью.

— Но вырвемся? — нахмурился я.

— Вырвемся. — Йорик опустил глаза. — Но от силы с половиной ребят. И раненых придётся бросить. А потом нас встретят по дороге к Каменной Переправе.

— А может и не встретят, — возразил Вольдемар. — Ушли — и слава богу. Это высокая политика, выгнали тебя, Ричи, из города — а дальше ты не мешаешь.

Чёрт. Всё логично. Но ты попробуй вначале выберись!

— Рикардо, ты меня извини, — взял слово Бетис, — но я не смогу тебя поддержать, если решишь прорываться.

— И ты, Брут! — деланно воскликнул я. Он развёл руками.

— Ты — владетель. Над тобой только король и бог. А надо мной отец, и он не простит самовольства, если поссорю наши герцогства. Особенно в свете грядущих непоняток — кто с кем против кого. Нам ещё один фронт не с руки.

Хорошо, что в лицо как есть говорит. «Ещё один». То есть к имеющимСЯ фронтам на севере — с королевским доменом, и на юге — с моими владениями. Я про себя хмыкнул, но это жизнь, и её надо жить такой, какая есть. Я, несмотря на личные симпатии и совместный поход, остаюсь потенциальным противником для их герцогства. Дружба — дружбой, а политика — политикой.

— То есть прорываться будем только нашими сотнями. — Откинул голову назад, прислонившись затылком к стеклу.

— А аванс ты отдавать не хочешь! — припечатала эльфа.

— Дело не в авансе, — покачал я головой. — И вообще не в деньгах. Дело в отношении.

— Рикардо, тебе отдали «псов» на растерзание. Смирились с твоей выходкой. — А это дядька Берни. — Ты добился своего. Зачем дальше давить? Всё, миссия выполнена — отдавай им деньги, и поехали домой. До Каменной Переправы прокатим с ветерком.

— Знаете, сеньор, что при таком решении плохого? — усмехнулся я. — Воспитательный момент. Мы — взрослые люди, и должны нести ответственность за свои решения. Герцог решил нанять бандитов, которые грабили моё графство. Берни, не цепляйся — да, купцов, да, на королевском тракте, но на моей территории! Что должен был сделать его светлость, узнав, что нанятый им контингент — «краплёный»?

Окинул лица присутствующих. Оные лица ничего не выражали — в местном менталитете всё видится совсем не так, как мне. Очень не так.

— А нормальный порядочный герцог, — воскликнул я, — должен был с этими же самыми тремя сотнями прискакать в Луз-де-ла-Луну раньше меня, лично, обложить сеньоров бандитос и забрать у них аванс. А затем подождать моего прибытия — он знал, что я еду. И ВМЕСТЕ разбираться. Например, лично отдав приказ их повесить, ознакомившись с пергаментами и показаниями «псов» под пытками.

Но он этого не сделал! — воскликнул я. — А значит я в своём праве. Казна «псов» — моя ДОБЫЧА. И отдав её, я герцогу ничего не докажу. А лишь покажу, что слаб. И мстить ему, как-то наказать за унижение, что обобрал меня — в ближайшие лет десять точно не смогу.

— Рикардо, нельзя объять необъятное. Есть то, что ты не сможешь сделать потому, что это выше твоих сил, — а это попытался успокоить Клавдий. — Давай, возвращай им аванс, но вытребуй «пёсьих» коней. И поехали — нам ещё Феррейрос к порядку приводить. А потом тебе — порт строить и набег отражать, а мне — систему создавать, чтоб бандитов и шпионов ловить.

Здраво мыслит. Но я пока ещё не сдался. И тут в дверь постучали.

— Войдите! — недовольно бросил я.

Это оказался Трифон. Бледный, как смерть.

— Чего тебе? — не понял я.

— Я это… Того. — Детинушка осторожно прикрыл дверь и переминался с ноги на ногу. — Я конечно много могу, но… Эта… Вашсиятельство, не отдавайте меня этому ироду!

Я нахмурился.

— Не понял?

— Ну, этот… Де Лара… Не отдавайте этому ироду. Если затребует. Век в кабале служить готов, только не к нему! — Бухнулся на колени.