Страх?

Возможно.

В первую очередь он боялся, что об этом будут знать все. Каждый встречный будет тыкать пальцем в его сторону. Смеяться, перешептываться. Издеваться. Скорее всего, он потерял бы всех друзей...

Остаться одному подобно смертной казни в его ситуации. Поэтому он до сих пор молчал. Правильно ли это? Он не знал. Но он позволил этому случиться. Позволил Олегу сделать это с собой. Впервые это случилось, когда Егору едва стукнуло тринадцать. Долговязый и щуплый. Кожа да кости. Немного стеснительный и робкий, как и все подростки... в тот день Олег забрал его с собой на рыбалку с ночёвкой. В тот день Егор сам медленно стал превращаться в монстра.

«Как ты будешь жить с этим, Егор? Подростки жестоки. Ты станешь изгоем»...

«Нам же хорошо вдвоём, да? Но они тебя не поймут. Только я. Ты — моя родственная душа».

«Твоя мать не переживёт этого. Да и отец... Никто, слышишь? Никто не поймёт... Они откажутся от тебя. А я нет».

«Не сопротивляйся... Тогда я не сделаю тебе больно. Больно не будет. Я позабочусь о тебе».

Егор тряхнул головой. Ещё раз. И ещё. Снова... зарываясь пальцами в волосы и оттягивая их так, словно хотел содрать с себя скальп. Тихо зарычал и, шагнув к столу, смёл с него все принадлежности. Зашипел, когда циркуль, падая вниз, остриём вонзился в босую ногу. Схватился за него и, стиснув челюсти, бросил тот в открытое окно.

— Егор! — сквозь стены услышал голос матери и, быстро накинув на себя футболку, стал собирать разбросанные тетради, учебники и прочую канцелярию.

Вздрогнул, когда в дверь его комнаты постучали.

— Егор? Можно?

— Да, мам. Входи.

— Всё в порядке? — его мать не спеша приоткрыла дверь и шагнула на территорию сына-подростка, — что тут у тебя?

— Да, так, — отмахнулся парень, сгребая в кулак цветные карандаши, — психанул...

— По какому поводу?

Тамара прошла вглубь спальни и, опустившись рядом с сыном, стала помогать тому собирать разбросанные тетради.

— На олимпиаде провалился.

— Биология? — посмотрела на сосредоточенный профиль Егора.

— Угу... анатомия.

— Ты ведь готовился...

— Готовился, — скривился и, заметив кровь на стопе возле большого пальца, поджал ногу под себя. — Но, видимо, недостаточно хорошо.

Он не был круглым отличником, но биологию и анатомию любил. Поэтому посчитал это лучшей отмазкой для матери. Пусть лучше хренова олимпиада, чем то, к чему она точно не будет готова. Никогда. К такому невозможно подготовиться заранее. Это убьёт её.

— Ну и чёрт с ней, с этой олимпиадой, — Тамара провела тёплой ладонью по плечу сына. Сделала вид, что не заметила того, как он едва заметно отпрянул. Подростки... — она не последняя и не решающая. Не расстраивайся.

— Как скажешь, — хмыкнул парень, пряча улыбку.

Нервозность никуда не уходила. Вестей до сих пор никаких не было. Хотя, с тех пор, как он вернулся домой от Олега, прошло уже три, или даже четыре часа...

Сквозь глухую стену тяжёлых мыслей до него донёсся тихий всхлип. Егор поднял голову и взглянул на мать. Только сейчас заметил её слегка покрасневший нос.

— Мам? — все внутренности сжались. Словно кто-то голыми руками выворачивал его наизнанку. Предчувствие. — Мам? Что случилось? Ты плакала?

Она ничего не ответила. Как ребёнок, поджала губы и всхлипнула ещё раз. Закивала, опуская голову и пряча лицо.

Это оно. Вести, которые он так ждал все эти бесконечные часы. Кажется, калейдоскоп из боли, унижения, отчаяния и стыда, наконец, разбился на сотни тысяч крошечных осколков...

— Вы здесь? — в дверях появился отец. Окинул тяжёлым взглядом обоих и, подойдя ближе, протянул руки к маме. Помог той подняться и сесть на постель Егора.

— Пап? Что случилось? — Егор следом поднялся на ноги. Свёл на переносице густые тёмные брови и впился зубами во внутреннюю поверхность щеки, ожидая услышать то, что заставит его снова задышать.

— Ты ещё не сказала ему?

Мама только качнула головой из стороны в сторону. А затем, опустив лицо в собственные ладони, заплакала. Тихо, почти неслышно. Так... неправильно. Её плечи затряслись.

— Пап? — Егор перевёл хмурый и нетерпеливый взгляд на отца, — что произошло?

— Олег... Олег умер, — после недолгой паузы произнёс Эдуард и посмотрел на Егора. Качнул головой и, растирая шею, опустился на кровать рядом с мамой.

— Что? — он поверить не мог. Получилось. Сука... у него получилось...

— Пока не знаем подробностей. Пожар там или что-то вроде этого. Только что позвонили...

Егор застыл, переваривая новости. Сердце несколько секунд не билось, наверное. Он ощутил липкий и мерзкий пот, от которого футболка стала прилипать к спине.

Не мог произнести ни единого слова. Облегчение. Ликование. Торжество.

Егор провёл ладонью по лицу, цепляя маску скорби...

Ну же, парень. Сделай вид, что эта новость тебя убила...