Какого чёрта?!

Дани ошарашенно смотрела на то, как её недруг преспокойно спит буквально у неё в ногах! Сидя на полу и положив голову на край дивана. Его руки были сложены на груди, одна нога вытянута вперёд, а вторая согнута в колене.

Что?.. Он что, был здесь всю ночь?!

Девушка осторожно шевельнулась, отдаляясь от Егора, и сдвигаясь к противоположному краю.

Бросила взгляд на настенные часы. Уже девять. А родители? Они знают, что она здесь? Они видели их?

Тонкая полоска света стелилась по полу от приоткрытой двери. А это означало, что в гараже горит свет. Либо его оставил отец, либо Гордеев.

Господи!

Девушка подскочила с диванчика и, немного покачнувшись, схватилась за подлокотник. Тут же оглянулась, замечая как его голова тоже сдвинулась с места. Брюнет тихо закряхтел, а потом нехотя перевёл на неё сонный взгляд.

— Выспалась? — проворчал, руками упираясь в пол и помогая себе подняться.

— Что ты тут делаешь? — зашипела, стараясь не поднимать шум.

Его присутствие раздражало кожу и глаза. В буквальном смысле! Даниэла взвинчено обхватила свои плечи руками и поморщилась, вспоминая, что вчера рухнула на асфальт, сдирая ладони. Но плечи не отпустила. Стиснула пальцы, надеясь, что это прогонит нервозность. Хотя... куда уж там!

— Твой отец задал мне тот же вопрос, — его губы скривила ехидная ухмылка.

— Что? — она вытаращила глаза, понимая, что Гордеев не шутит. — Ты... ты в своём уме?! Что ты здесь забыл?! Тебе мало тех проблем, которе ты уже создал?! Какого чёрта ты не ушёл домой?!

Уже не сдерживала себя. Не просто громко говорила. Она кричала на него, чувствуя как в груди образуется ком.

— Бля... — протянул парень и слегка прищурился, — чего ты орёшь так? У тебя голова не болит?

Казалось, что вся эта ситуация его ничуть не смущает. Скорее, наоборот. Словно такое происходило каждый день. И это нормально: провести ночь рядом с ней.

А голова? Конечно, болит. Стоило ему напомнить об этом, и виски тут же скрутило, а затылок загудел, словно по нему приложились чем-то тяжёлым.

— Ты сейчас серьёзно? — Поумерила пыл и упрямо поджала свой острый подбородок. — Отец? Он что, был здесь?

— Был, — Егор стиснул пальцами переносицу и зажмурил глаза. Собрался с мыслями перед тем, как продолжить: — пару часов назад.

— И? — всё ещё недоумевала. Бесилась от одной мысли, что из него приходится вытягивать клещами информацию. Ну что за кретин?!

— Не хочешь обсудить это за завтраком?

Ему нужно было как минимум пятнадцать или двадцать минут, чтобы проснуться окончательно и рассказать Мухе то, от чего её уже потряхивает. В общем-то ничего криминального, и реакция её бати была вполне спокойной и адекватной. Без лишнего кипиша и выяснений обстоятельств. Он торопился на работу и у него не было на это времени. Так что, задав Егору пару вопросов и получив на них вразумительные ответы, глава семейства покинул Мухину мастерскую, а затем и сам дом.

— Завтраком? — снова? Не слишком ли часто? — Кажется, ты говорил, что оставишь меня в покое. Или я ошибаюсь?

Девушка тряхнула головой, избавляясь от назойливого и раздражающего касания волос к щекам. Рвано заправила пряди за уши и сложила руки под грудью.

— Остались некоторые нюансы. Забыла? — снова эта гадкая ухмылочка, — думаю, есть моменты, которые нам нужно обсудить.

Повторил её движение и точно так же сложил руки на своей широкой груди. Слегка задрал голову, и на миг он показался ей ещё большим великаном. Дани заскрипела зубами, пока обмозговывала сказанные им слова. Вскинула подбородок, но выше от этого не стала. Чувствовала себя рядом с ним беззащитной козявкой. Пылью на мебели. Проведи он пальцем: и она исчезнет. Он разотрёт её между шершавыми подушечками и не оставит и следа.

— И ты удалишь всё, что у тебя осталось. — Слегка дёрнувшись, выставила перед ним указательный палец. — При мне. Всё, что есть.

Егор пару секунд молча смотрел на её тоненький пальчик. Красный ноготок привлекал внимание. Словно конфетка или ягодка. Хотелось обхватить его попробовать на вкус. Коснуться языком и сорвать тихий стон с её губ...

Блять... Так сильно хотелось. Её. Снова.

— Значит, я сейчас иду к себе, — нехотя произнёс. Уходить совсем не хотелось. — Приму душ и захвачу с собой ноут. Через полчаса. Я позвоню.

Даниэла открыла рот, но слова не успели сорваться с губ. Ахнула, когда Егор всё же сделал то, о чём молчал. Одной рукой вцепился в её локоть, а второй сжал тонкий пальчик, грозящий ему расправой. Дёрнул на себя, привлекая ближе девушку. И, наплевав на её яростное шипение, обхватил губами фалангу. Слегка прикусил, я затем языком обвёл вокруг него. Всасывая в рот, как когда-то это делала она. Здесь же. Именно в этой мастерской...

— Придурок, — тихо выругалась и попыталась оттолкнуть его.