— Я думаю… давайте вытащим, не будем рисковать, — наконец решила главная.

— Может сорваться.

— Так постарайтесь, чтобы не сорвался, — ответила она и взмыла в небо, оставив меня и еще нескольких девчонок на дереве. Все остальные взлетели за ней, включая Цурико, и скрылись за поворотом реки.

Посмотришь, как мы охотимся, говорила Мисуко, поучишься, убеждала она меня, а на деле я даже не вижу, что там происходит. То есть тупо стою и оглядываюсь, чувствуя себя никому не нужным идиотом, который собирает собой взгляды оставшихся. Ничего не хочу сказать, но как-то мне здесь неуютно, особенно когда оставшиеся на меня пялятся и шепчутся.

Или когда смотришь вниз и видишь, как внизу проплывает что-то жутко огромное, по форме напоминающее кита.

— Смотри, какая рыба… — протянула Люнь.

— Хищная? — шепотом спросил я, отвернувшись от девушек, чтобы не приняли меня за разговаривающего с самим собой идиота.

— Вроде да. Это сом, если я не ошибаюсь.

Сом? Прикольно… Насколько мне известно, сомы не любят днем вылезать, а вот по утрам, вечерам и ночью вполне можно их встретить. Вживую мне их встречать, конечно, не приходилось, но на картинках мне сомы казались довольно жуткими. А здесь и вовсе такая рыбина, что невольно сердечко биться начинает чаще, чем хотелось бы. И уровень у монстра седьмой, хочу заметить.

Правда, нырять за ним я не рискну и даже, признаться честно, не чувствую соблазна. Одно дело, был бы он на берегу, но лезть в воду, которая еще и мутная… А тут еще и уровень седьмой.

Вернулись охотницы часа через полтора, неся в руках что-то отдаленно напоминающее улитку с плавниками и лапками, как у ящерицы, имеющей вместо пасти хоботок.

Практически полностью завязав бедную животинку в кокон из веревок, четверо девчонок несли трупоеда по воздуху, держась за четыре длинных каната, которые отходили от твари. Существо извивалось, дергалось, пыталось освободиться, однако все ее попытки были тщетны — девчонки крепко держали добычу и сейчас мне напоминали отдаленно паучих, которые крепко держат свою жертву.

И все же я надеялся на большее, а получилось, что я оказался в стороне и даже не вижу, что они там делают.

Не сговариваясь, они и еще четверо сопровождающих отправились в сторону, откуда мы прилетели, видимо, сразу направившись с добычей домой. Так в команде в одночасье стало на восемь человек меньше: уже не двадцать пять, а семнадцать.

— Они сразу домой? — проводил я их взглядом.

— Не таскать же тварь с собой, — ответила Цурико. Она выглядела немного запыхавшейся, смахивая пот со лба.

— Получается, мы всего лишь троих и поймаем за всю охоту? — уточнил я. — Просто на тех торгах было сорок их, а здесь всего-то…

— Каждый раз по-разному. Там и много обычных было, простеньких, не шестых уровней, — ответила она. — Сейчас мы заходим на крупных тварей, а потом как получится. Может еще кого перехватим. Как твоего енота-пищальщика.

Вот срань хвостатая, подцепить пытается…

— А разве люди сами не могут поймать себе существо? — проигнорировал я ее. — Ну, в смысле, демоническое животное? Найти, поймать, сделать призванным…

— Ты сам хоть раз пробовал это сделать? — спросила она.

— Ну оглушить там тварь и все, — пожал я плечами, но взгляд Цурико говорил: ну-ну, посмотрела бы…

— Ага, а еще ты можешь взять топор и сделать себе мебель. Или взять и сварить по инструкции пилюли, ага-ага, так оно и работает, — раздраженно произнесла Цурико. — В следующий раз нам и покажешь класс. Ради тебя попрошу, чтобы ты поучаствовал в следующей охоте.

— Я буду очень тебе благодарен, если ты действительно замолвишь за меня словечко, — кивнул я.

Потому что то, что сейчас я видел… а я нихрена не видел. Окей, я теперь знаю, что здесь что-то водится, и в будущем буду гораздо осторожнее приближаться к водоемам, да и переплывать реки. Но честно, ожидал я куда большего, хотел сам поучаствовать, посмотреть, как и что они ловят. Может даже научиться всяким прикольчикам.

— Так… все живы, все на месте? — Мисуко внимательно обошла всех, считая. — Так, отлично, все, времени нет, подняли задницы и полетели.

Раздались уставшие возгласы и возмущения, но все как один поднялись в небо, как и Цурико, которая перед тем, как меня поднять в небо, выдохнула, будто штангу тягала. Так мы летели до обеда, где был часовой перекур, во время которого все девушки повалились на бок, спеша немного отлежаться.

Ночевка же у нас была в ветвях дерева, как прошлое, которое возвышалось над лесом, словно вышка. Такие деревья не были редкостью, торча по всей долине, куда мы прилетели, то тут, то там.

— Юнксу, ты сегодня в дозоре. Мы должны отдохнуть, — сразу же предупредила Мисуко.

— Да, конечно, — кивнул я.

Теперь понятно, почему часть девушек не принимала участия в охоте — для них была другая работа.

Я спустился на несколько ветвей ниже, наблюдая за обстановкой внизу, где лес укрывал мрак. И ночью он, казалось, оживал ее сильнее, чем днем, звучал громче, отчаяннее, будто боялся, что с наступлением темноты просто заглохнет. И если кто-то думал, что в нем будет темно, как в жопе, он ошибался.