— Отойдем пока.

Уведя из холла на кухню, без свидетелей ощупал мне быстро ноги, живот, спину, грудь и шею, как будто слова о том, что ничего, кроме рук не пострадало, его не убеждали. Выдохнул, и осторожно обнял. Долго молчал, а я не шевелилась, подумав о том, как сильно его напугал сигнал бедствия — пока приехал, могла погибнуть.

— Запереть не могу, приказать тоже, остается только научить тебя по-настоящему драться Ева и по-хорошему попросить не нарываться. Защищать кинулась?

— Да. Нольд… девушки меня раскрыли, и предложили бежать, пока нет полиции и скорой. Обещали не выдать.

— Придется поверить. Мы не секта, свидетелей не убиваем.

И поцеловал. Я неудобно стояла, как колода, не поднимая больных рук, а когда Нольд отпустил, увидела на входе в кухню Вариту. И здесь попалась — никаких секретов не сохранила!

— Что?

— Т-там… сам господин Троица п-приехал… лично. Меня за мусорным пакетом послали и перчатками. Можно?

— Это же твой дом, зачем спрашиваешь?

Мы вернулись. Троица деловито осматривал Элен, и тихим успокаивающим голосом говорил:

— Я десять лет до Инквиза работал хирургом, не волнуйся, зашью так, что вместо шрамов будет незаметные полосочки. Красоты не испорчу. Тут больно?

— Немного.

— Чудесно. — Отклонился к маленькому чемоданчику, достал инъектор. — Заблокирует на время. Но раной займусь не здесь, нужны стерильные условия. Ева! Ох, и напугали вы меня, я все безличные карты отдал таксисту, и он едва не вытряс мне нутро скоростью.

Троица опустил на бок Элен чистую марлевую салфетку и в приказном порядке покивал на мои руки. Я опять развернулась.

— Сильно… но моя помощь, кажется, совсем лишняя здесь. Перевяжу только как следует.

— Спасибо.

Ян принял у Вариты пакет и резиновые перчатки для мытья посуды, надел их и стал собирать мусор — разбросанные вокруг бумажные и тканевые полотенца со следами крови. Я посмотрела на Элен, когда села рядом с ней и подставила Троице левую руку, — девушка неотрывно следила за Яном взглядом. Решалась что-то спросить и спросила:

— Что мне говорить на допросе, чтобы не ошибиться? Я перескажу все, только исключив Еву. Что сделать, чтобы мне поверили на дознании? У Вариты нет ран… я задета чуть-чуть, а раскроила Серапиону затылок, значит, напала со спины. Но это самооборона и я не могла допустить, чтобы он их зарезал…

— На каком еще дознании? — Откликнулся Ян. — Ты лучше снимай одежду и переоденься в чистое, твоя в крови, надо уничтожить. У подруги в доме есть запасная юбка и блузка, или платье? Размером вы схожи.

— Есть… сейчас принесу!

— Ева, упокоить парня можешь? Когда в команде некромантка, грех не воспользоваться — тащить труп в лес и хоронить совсем не хочется… а раненая не выглядит удивленной! — Ян улыбнулся, и за миг стал снова привычным Яном. Но к девушке опять обратился серьезным тоном: — Забудь про полицию. Поедешь с Троицей в клинику, зашьешься и проколешься чем надо. Серапион ваш, как из кафе ушел, так вы его и не видели. Я вычислю, где он плутал после и как сюда пришел. История будет такая, что парень подался в бега и исчез насовсем, ясно?

Он перекинул взгляд на меня:

— Ты меня встревожила запросом, Ева, я напряг пару сотрудников прощупать информацию об окружении парня, и полчаса назад, как уже сюда гнал, мне позвонили с плохой новостью. В реанимации в критическом состоянии лежит некая Анна, напали на нее ранним утром в квартире, родители нашли только днем, — исколотая ножом, потеряла много крови и… скорее всего уже не выживет. Как выяснилось, бывшая девушка этого урода. Носит же земля таких…

— Мне все сойдет с рук?

— Нет, конечно! — Ян буквально ощерился на Элен. — Я оставлю улики себе и буду шантажировать убийцу до конца жизни! Но если спросила серьезно, то все равно нет — ты влипла в историю и всех нас видела вместе. Придется работать тайным агентом Инквиза, в команду не возьмем, а на побегушках оставим. Рот на замке держать умеешь?

Та закивала.

Я упокоила Серапиона. Ян по-деловому и без брезгливости собрал одежду, предварительно обшарив карманы, телефон и код-ключ от дома положил в отдельный пакет. Едва закончил, как в дверь с главного входа влетел запыхавшийся Вилли.