– Я надеялся, что ты давно ушёл отсюда – в такое место, где Баста тебя не найдёт.

Сажерук пожал плечами.

– Сначала мне надо раздобыть ещё немного денежек. Кроме того, мне нравится здешняя погода, и тут больше людей останавливается посмотреть моё представление. И народ здесь щедрый. Правда, Фарид? Какова на этот раз добыча?

Мальчик вздрогнул, когда Сажерук обернулся к нему. Он совсем позабыл про чашу с деньгами и как раз собирался засунуть в рот горящую спичку. Он мигом её погасил. Сажерук едва сдержал улыбку.

– Он во что бы то ни стало хочет научиться играть с огнём. Я показал ему, как работать с маленькими тренировочными факелами, но он очень спешит. Поэтому вечно у него на губах волдыри от ожогов.

Мегги украдкой взглянула на Фарида. Он делал вид, что не обращает на неё внимания, и засовывал вещи Сажерука обратно в сумку, хотя Мегги была уверена, что он ловил каждое слово их разговора. Дважды она поймала взгляд его тёмных глаз, и на второй раз он так резко отвернулся, что чуть не уронил одну из бутылок Сажерука.

– Эй, ты, поосторожней! – набросился на него Сажерук.

– Надеюсь, ты остался здесь не по иной причине? – спросил Мо, когда Сажерук снова повернулся к нему.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Сажерук. – Ах, да, я понял. Ты думаешь, я могу вернуться туда из-за книги? Ты меня переоцениваешь. Я трус.

– Не говори глупостей. – В голосе Мо прозвучало раздражение. – Элинор сегодня едет домой.

– Я рад за неё. – Сажерук бесстрастно смотрел на Мо. – А ты? Ты с ней не едешь?

Мо посмотрел на окрестные дома и покачал головой.

– Я хочу кое-кого навестить.

– В этих краях? Кого же? – Сажерук просунул руки в короткие рукава пёстрой рубашки, разрисованной большими цветами, которая плохо шла к его обезображенному шрамами лицу.

– Есть человек, который, очевидно, владеет ещё одним экземпляром. Ты же знаешь…

На лице Сажерука не дрогнул ни один мускул, но пальцы выдали его волнение. Вдруг они перестали застёгивать рубашку – у них это просто не получалось.

– Этого не может быть! – сказал он хрипло. – Каприкорн не мог упустить из виду ни одного экземпляра.

Мо пожал плечами:

– Кто знает? И тем не менее я хочу попробовать. Человек, о котором я говорю, не библиотекарь и не букинист. Возможно, Каприкорн даже не догадывается о его существовании.

Сажерук огляделся по сторонам. В одном из окрестных домов кто-то закрывал ставни, а на другой стороне площади стайка детей резвилась между ресторанными столиками, пока официант не спугнул их. Пахло горячей едой и огненными забавами Сажерука, и между домами нельзя было повстречать ни одного человека в чёрном, если не считать официанта, со скучающей миной расставлявшего стулья по местам.

– И кто же этот таинственный незнакомец? – Сажерук понизил голос почти до шёпота.

– Человек, который написал «Чернильное сердце». Он живёт неподалёку отсюда.

К ним не спеша подошёл Фарид, он по-прежнему держал в руках серебряную чашу с деньгами.

– Гвин всё никак не вернётся, – сказал он Сажеруку. – А у нас ничего не осталось, чтобы его приманить. Давай я куплю ему несколько яиц.

– Не надо. Он сам позаботится о пропитании. – Сажерук потрогал шрамы на своём лице. – Положи вырученные деньги в кожаный кошелёк. Ты помнишь – он в моём рюкзаке! – сказал он Фариду.

В его голосе слышалось нетерпение. Мегги посмотрела бы на Мо с укоризной, если бы он вот так говорил с ней, но Фарид счёл это в порядке вещей. Он незамедлительно помчался к рюкзаку.

– Я уж в самом деле решил: пути назад нет и не будет…

Сажерук умолк и посмотрел на небо. Ночное небо пересекал самолёт, посверкивая разноцветными огнями. Фарид тоже смотрел вверх. Он спрятал деньги и стоял около рюкзака в ожидании. Что-то пушистое прошмыгнуло через площадь, впилось когтями в его брючины и вскарабкалось ему на плечо. Улыбнувшись, Фарид сунул руку в карман и протянул Гвину кусок хлеба.

– А что, если в самом деле сохранилась ещё одна книга? – Сажерук ладонью начесал на лоб свои длинные волосы. – Ты дашь мне ещё один шанс? Ты ещё раз попробуешь своим чтением вернуть меня обратно? Один-единственный раз. – В его голосе звучала такая тоска, что Мегги стало жаль его.

Но на лице Мо он прочёл отказ.

– Ты не сможешь вернуться в эту книгу! – сказал Мо. – Я знаю, ты и слышать об этом не желаешь, но это так. Может быть, когда-нибудь я смогу тебе помочь. Есть у меня одна идея, довольно бредовая, но…