Киаран вошел пальцем. Одним, а потом и другим, продолжая ублажать ладонью налившийся грехопадением клитор. Аудроне плотно сжала губы в попытке получать удовольствие бесшумно. Движения Киарана стали более настойчивыми. Он не просил, а требовал от ее тела разрядки. И Аудроне, изогнувшись у него в руках, ее получила. Бледные щеки вспыхнули, а мышцы вокруг пальцев Киарана начали сокращаться.

Он тяжело дышал. Не хотелось останавливаться. Сознание рисовало картину, как он стягивает кофту с Аудроне, сбрасывает с нее майку и прилипает губами к соскам под тканью белого кружева. Как щекочет их языком и обхватывает губами, чтобы поманить во рту языком и нежно их пососать. Как приподнимает ее лифчик, выпуская грудь на волю и повторяет все то же, сжимая ее полный пятый размер своими пальцами и наслаждаясь его тяжестью в своих ладонях. Киарану стало трудно дышать. Фантазия разгулялась и затуманивала рассудок. Хотелось стянуть с ее попки эти две веревочки и снять эти трусики, чтобы спрятать их в своем кармане. А потом расстегнуть молнию на брюках и попросить Аудроне оседлать его. Он был уверен, что она бы покорно вняла его просьбе. Неспешно покинула его колени, чтобы раздвинуть ноги и дать ему возможность полюбоваться на ее прелести. Чтобы предоставить ему шанс коснуться ее складок еще раз и скользить по ним, пока она будет освобождать его возбужденный член из плена одежды. Как только ее пальцы коснулись бы чувствительной головки, Киаран вряд ли бы сдержал стон, мечтая только о том, чтобы Аудроне поскорее на него села. Почувствовать ее теплоту, мягкость, влагу и плотность, с которой она будет обхватывать его, плавно опускаясь все ниже, чтобы до предела вобрать в себя. Он весь ее. Без остатка. Бери, делай, что хочешь. Ублажай, мучай, испытывай, играй и выигрывай! Все, что в голову взбредет, только делай и не уходи.

Он не заметил, как Аудроне пристально смотрит на его лицо, будто пытается прочесть эротические фантазии, чтобы тут же воплотить их в реальность. Она поерзала на Киаране, вне сомнений, ощущая всю степень его возбуждения, и потянулась к его брюкам, чтобы их расстегнуть.

— Нет, — он перехватил ее руку и покачал головой, прогоняя дурман из головы и возвращаясь к реальности, где практически готов был поставить эксперимент на выносливости любимой женщины, пока за дверями кабинки участники репетиции свадьбы терпеливо их ждали.

Аудроне нахмурилась и все равно начала пытаться расстегнуть его брюки.

— Нет, — тихо повторил Киаран. — Не здесь.

Она наклонилась к его уху и прошептала:

— А если только минет?

Ее язык скользнул по мочке, а губы тут же перехватили инициативу и начали с ней играть. Киаран закрыл глаза, представляя, как ощущает эти губы внизу. Как трепещет от каждого их движения, как постанывает от бархата скольжения языка и перестает дышать, когда она обхватывает его и глубоко погружает в себя. Другая форма власти, но он все равно ее раб. И всегда им будет. Что же с ним сотворила Буря? И с чем он останется, если ее не станет?

Аудроне безропотно начала опускаться, но Киаран подхватил ее под руки и вернул себе на колени.

— Я так тебя хочу, — произнес на дженерийском. — Ты даже не представляешь, как сильно… Я соскучился по тебе. Изголодался. Но это не значит, что я не могу держать себя в руках. Что не в состоянии дарить удовольствие тебе, не требуя ничего взамен.

Киаран поправил ее трусики и сбившуюся над грудью майку. Натянул на нее штаны и аккуратно завязал на них завязки. Опустил вниз кофту, заканчивая приводить невесту в порядок.

Аудроне напряженно все это время смотрела на него. В конце концов Киаран глубоко вздохнул и натянуто улыбнулся.

— Вечером, если мы будем в состоянии, продолжим. Договорились?

Аудроне обняла его и прижалась щекой к щеке.

— Коньеш-ш-шно, мой Тьемный Шквал-л-л, — ответила на дженерийском и опустила голову на ему плечо. — Я льюблью тьебя, ты же знайеш-ш-шь?

— Знаю, моя Буря. Я тоже очень сильно тебя люблю. И страшусь тебя потерять. От этой мысли все внутри стынет. И даже дышать становится трудно. Поэтому я не говорю с тобой о том, что происходит. Но это не значит, что я сижу сложа руки.

— Что ты имеешь в виду? — она перешла на луитанский и вскинула голову.

— Я ради тебя на все пойду. И сделаю все, что от меня потребуется, — ответил он.

— Этого, Киаран, я и опасаюсь.

В дверь тихо постучали. Очевидно, Вильям намекал, что пора и честь знать.

Киаран ссадил с коленей Аудроне поправил ее спортивную кофту.

— Готова порепетировать проход по залу и произнести брачные обеты?

— Я тебя умоляю, — покачала головой Аудроне и чмокнула Киарана в губы.

— Ты первая выходи. Я следом. Мне еще в туалет необходимо заглянуть, — Киаран поиграл пальцами в воздухе, теми самыми, которыми совсем недавно творил непотребства.

Аудроне виновато опустила плечи и потупила взор.

— Или не мыть руки? — он изогнул бровь и поднес пальцы ко рту.

Глядя на Аудроне с вызовом, провел по ним языком, совсем, как она, когда ублажала вилку в столовой.

Аудроне моментально стала пунцовой.

— Иди, — хмыкнул он. — Ты меня смущаешь!

— Кто бы говорил, капитан Рурк — с уважением кивнула она. — Уж кто бы говорил! — добавила и рассмеялась.

Репетицию свадебной церемонии они стоически перенесли. Сюзанна заставила Аудроне трижды пройтись по проходу. В первый раз Аудроне неправильно перемещала взгляд по залу. Сначала положено было посмотреть на жениха, затем на Императора, который должен был стоять в первом ряду среди гостей со стороны Аудроне, и только потом на Сюзанну, как «мать», и на свидетелей обетов. Во второй раз «маме» не понравилось, как Аудроне шла. Слишком медленно. Нужно было чуть быстрее, но не так, чтобы бежать. На третий раз Аудроне предупредила, что дойдет до Киарана и больше туда-сюда расхаживать не будет! Она устала!