Ты что, Люцифер?

Гармонии в душе как ни бывало. Еще мгновенье назад она радовалась жизни, готовила новую пакость, а теперь тревожно озирается по сторонам. Чей-то пристальный, липкий взгляд она чувствует спиной. Или у нее просто паранойя?

Я хуже, куколка. Тебе не идет ветер и быть растрепанной. Иди домой. Пока я тебя отпускаю. У реки сейчас прохладно.

От его слов стало еще холоднее. Получается, этот тип за ней следит? Возможно, шел от самого офиса? А что дальше? Что значит: «Пока я тебя отпускаю»? Кто он вообще такой, чтобы ею распоряжаться… Кукловод! Ее словно медленно и методично запугивали, шаг за шагом приучали жить с этим страхом. Еще эта фраза про душу…

Звонок чуть не заставил ее выронить гаджет из заледеневших рук. Он что, теперь еще и поговорить решил? Но нет, на дисплее отображалось знакомое имя.

— Да? — постаралась ровным голосом произнести Ника.

— Ты уже дома? Нормально доехала? — поинтересовался Влад. Судя по звуку на заднем фоне, он только-только выключал компьютер.

— Я на набережной, — ответила Вероника, сильнее закутываясь в кардиган. Вроде бы осень только началась, а сегодня прямо веяло холодом. Вон, даже зубы стучат. Или это от страха? Эта мысль заставила ее разозлиться. Получается, таинственный преследователь своего почти добился?

— Никочка, — в голосе Дангулова появились обманчиво-мягкие нотки. — Поправь меня, если я ошибаюсь. Ты в такую погоду, не обратив внимания на ветер и то, что вот-вот начнется дождь, вместо того, чтобы уехать со мной на машине или просто домой, поперлась на набережную? Ты ненормальная?

— Ну так, — с губ сорвался нервный смешок. Ощущение чужого взгляда не исчезало. — Ты знал, кого целовал!

— Я целовал красивую и умную девушку, пусть и не всегда адекватную, — парировал Влад. Хлопнула дверь. — Сейчас я про тебя этого сказать не могу.

— Ну да, — хмыкнула Ника. — Ветер малясь волосы растрепал.

Она стояла на мосту и не сводила глаз с бушующей реки. Телефон в ее руке был тем якорем, который не позволял скатиться в панику. Не позволял трусливо поджать хвост и сбежать от странного взгляда. Голос Влада словно отрезвлял.

— Где ты конкретно сейчас? Я заберу, — Дангулов, как всегда, не спрашивал. Просто ставил перед фактом. Но в этот раз она и не была особо против. На перила моста упали первые капли.

— Старая набережная, возле поющих фонтанов, — не стала возражать Ника. Она могла бы собраться и уйти, но не поручилась бы, что обладатель странного взгляда не последует за ней.

— Ника? — в голосе шефа послышалась тревога. — Все в порядке?

— А что? — еще один нервный смешок. Она не собиралась ему ни о чем рассказывать. Ни к чему. Она не должна никому жаловаться, она может с этим справится сама. Может же?

— Ты не споришь. И голос у тебя странный, — Влад не мог не заметить таких нюансов в поведении всегда боевой девушки. Это настораживало. Неужели она так ведет себя из-за поцелуя?

— Я тебя жду, — ушла от ответа Ника и первой отключилась, хотя делать этого ей не хотелось. Так она осталась наедине с собственным преследователем. Наедине в толпе людей, которую не испугал дождь. Но ведь от этого не было легче?

Бежишь, куколка? Беги! Все равно, сбегая от меня, ты прибежишь ко мне…

Это сообщение пришло буквально через три минуты после ее разговора с Владом. И Ника сама не могла объяснить, почему, прочитав его, подорвалась с места и бросилась подальше от моста, туда, где было больше народа. И уже на лестнице попала в такие знакомые объятия:

— Ника, что случилось?

— Ничего! — замотала головой девушка, но из объятий высвобождаться не стала. Да и зачем, если только сейчас, в его руках, она ощутила спокойствие? Зачем, если страх исчез? — Поехали отсюда. Холодно.

Он снял с себя пиджак и, не слушая ее протестов, закутал в него девушку, взял за руку:

— Идем, чудушко! Будем греть тебя кофе.

Кофе, чаем, коньяком — какая разница? Лишь бы подальше от посторонних глаз. Тех, чей взгляд она ощущает всеми фибрами души…

Вероника грела руки о горячие бока кружки, но знобить не переставало. В голове то и дело всплывала фраза: «Сбегая от меня, ты прибежишь ко мне…». Это было глупо, но она так и не могла прогнать подозрение, что Дангулов решил ей потрепать нервы. Ведь сбегая от загадочного преследователя, Ника угодила непосредственно в его теплые объятия. А что, хороший способ. Напугать девушку, сделать так, чтобы она тебе доверилась, выступить в роли спасителя, а потом просто исчезнуть как злодей. И овцы целы, и волки сыты, и дурочки довольны, какой рыцарь им достался. Все складывалось в единую картину, даже слишком, и это не могло не настораживать.

— О чем задумалась? — спросил Влад, ставя перед ней тарелку грибным кишем. В эту популярную кофейню возле набережной он затащил ее практически сразу, поскольку девушку никак не переставало трясти. Впрочем, Ника не стала уточнять, что трясло ее не от холода. А на улице тем временем разбушевалась непогода. Крупные капли с дробным стуком ударяли о прозрачное стекло, и впервые за долгое время Северцева не ощущала спокойствия от стихии. Словно та стала для нее чуждой. И как справиться с опасностью вокруг и в собственной душе было непонятно.