Кнуд, только что от души ржущий надо мной словно осёкся.

— По звёздам, — повторил он недовольно. Потом криво бросил, — а если тучи? И звезд не видно?

Блин... Как не вспомнить о компасе?

— Ладно, старик, — пошел я на мировую, — твоя взяла.

В конце концов этот старый пенек всю свою жизнь ходил вдоль берега, и только днем. И его отец так же ходил, и дед. И все, кого он знал.... И я собираюсь вот так, на словах переубедить, сломать его образ мира? Блажен кто верует.

— Слышь, Кнуд, — крикнул со своего места Синдри. Он уже вполне пришел в себя. — А как же мы тогда ходили к Волчьему острову? Мы ведь тогда всю ночь шли!

— Еще один умник, — словно в сторону вздохнул кормчий. — Ты огненную гору на Волчьем видел? Ее хоть ночью, хоть в дождь, хоть в шторм видно, иди себе на нее да иди.

Как и предсказывал Кнуд, за пару дней добежали до тех мест, что год назад впервые увидели, когда только-только подходили к вожделенному Вестлёнду. Вон, даже башня на берегу, от которой тогда решили держаться подальше. И на этот раз тоже отошли чуть в сторонку, переночевали, а на утро взяли курс на восток. Пол дня и впереди показался длинный песчаный мыс да вход в залив, что Кнуд тогда назвал Солёным озером.

А потом нас ждали шесть дней гребли. И то, что дней было шесть я могу сказать лишь потому, что решил делать заметки ногтем на бортовой доске рядом со своим местом. Ибо ждал нас бесконечный день сурка: ночевка на якоре, вяленое мясо и глоток воды на ужин, такой же завтрак и бесконечное «и-раз» под скрип да плеск весел.

А потом как-то утром проснулись — «Ворон» стоит в небольшой открытой бухточке. И поросшие лесом берега.

— Берен, — ухмыльнулся Кнуд. — Считай дома.

— Не каркай, раньше времени, — поморщился Сигмунд, — не накличь, кого и поминать бы сейчас не хотелось.

Да уж, нас всего шестнадцать, считая самого Сигмунда да Кнуда. Состояние: «Забирайте что угодно, дайте поспать да пожрать по нормальному».

Дальше шли сторожко, обходя любой, показавшийся на горизонте парус. И хоть для возвращающихся с промысла кораблей было рано, Синдри опять заслали наверх. Сигмунд даже разрешил ему усесться верхом на рее, а чтоб не свалился — обвязали веревками. Так и шли к Железному мысу и дальше, и лишь когда показался вход в озеро Мёлен все выдохнули — дома!

Сразу, как причалили в гавани Бьёрке, Сигмунд и Фритьеф умотали к местному ярлу. Прихватили Болли, Моди и Снора — всех, кто в кольчугах и выглядит посолиднее, а также нагрузившись подарками, отобранными из добычи. План был прост — нам нужна верфь для починки. И это — без вариантов. Чиниться «Ворону» дней десять, а то и больше. За это время была надежда скинуть добычу, отдохнуть само-собой, расслабится, наконец, не ожидая в любой момент появления чёрных парусов или отряда людских воинов. А дальше? Дальше варианты были.

Лид разделился приблизительно поровну. Одни говорили, что глупо терять время, и, как только нам починят корабль, надо возвращаться. Сезон не закончился, зачем упускать время. А пока стоим, надо еще бойцов нанять, ибо теперь-то, к такому знаменитому и удачливому форингу, любой захочет в команду.

Другие аккуратно намекали, что неплохо бы и дом повидать, в смысле — Борг. У многих там семьи, а в море они пошли лишь ради близких. Кому будет прок, если всё заработанное непосильным трудом так до родных и не дойдет?

Сигмунд откровенно колебался, Фритьефу было по барабану, а мне... А я, честно говоря, даже не мог понять — чего же хочу!

Вообще-то, когда выходил в море план был прост — «подняться» так, чтоб можно было в следующем, или, на худой конец через один поход сказать форингу: «А пошли-ка туда, есть там одно место...». А теперь? ... Не знаю.

Для начала мне нужен отдых, а там и смотреть буду, по обстоятельствам.

— Ну-у-у, — протянул мастер, — благодарность от такого великого воина... великая честь!

И бросил выжидательный взгляд на Сигмунда.

Блин, ты чё тормозишь, братан? Ща же застрянем тут... на полгода, не меньше. То есть на год! Ткнуть его, что ль, кулаком в почку?

Не, наконец-то отвис, полез в кошель. Слава богам!

— Вот, мастер Олаф, не побрезгуй, — протянул Сигмунд щепоть.

Корабельщик подставил ладонь, принял монетки. И в растерянности уставился на небольшую кучку серебра...

Что?! Братан, ты в своем уме? У тебя золота — хоть жопой жуй, а ты даешь несколько серебрух? И это в ситуации, когда мы можем тут застрять?! Да мы последние дней пять шли, постоянно вычерпывая воду: подняли один палубный щит, и по очереди отчерпывали набирающуюся воду шлемом.

— Ладно, — словно в прострации проговорил мастер Олаф, — пожалуй я завтра смогу прислать пару работников со скобами. Если стянуть треснувшую доску, чтоб она не расходилась, да нашить поверх дощечек, удерживающих заплатку от выдавливания... То вы вполне с таким ремонтом сможете дойти до... откуда вы там? До Борга.

Ушли на следующий день после ремонта, разве что закупились свежим мясом, рыбой да, по настоянию лекаря-Бьярни, медовухой — не все раненые еще до конца оправились.