— Что? — спросил он, не глядя в глаза.

— Помогите отодвинуть шкаф.

Владимир зло усмехнулся, но просьбу выполнил. Затем, ничего не говоря, сразу вышел. Я обстукала и эти места, но никаких намеков на наличие тайника по-прежнему не было. Кроме шкафа, вплотную к стене стоял письменный стол, но с ним я надеялась справиться собственными силами. Потянув за край, я обнаружила — стол не тронулся с места. Он был, конечно, немаленьким, но не настолько, чтобы вообще не поддаваться.

Я подошла к нему сбоку и повторила свою попытку. Стол оставался на своем месте. Я заглянула под него, думая, что что-то может мешать движению. Тут я обнаружила — мне противостоят крепления, которыми стол был прикручен к полу, можно сказать, намертво. То же самое я заметила, поглядев на заднюю часть крышки.

— Зачем это? — произнесла я задумчиво.

Присев на рядом стоящий стул, я стала на нем по привычке покачиваться. Это было не так увлекательно, как дома, так как мой стул был крутящимся, а этот обыкновенным, на четырех ножках. Я с иронией думала над тем, какая причуда могла заставить Суркову «приковать» эту мебель. Одна моя нога оперлась о заднюю стенку стола. Вдруг нога резко соскользнула, и, чтобы не грохнуться, я рукой попыталась уцепиться за какую-нибудь опору. На минуту обретя равновесие, я ухватилась за ручку верхнего ящика и, когда стул встал на место, с силой непроизвольно надавила на него.

Произошедшее меня весьма удивило: раздался щелчок, затем какое-то жужжание, и ящик сам выдвинулся из стола до отказа.

— Что это? — вырвалось у меня.

Когда я первый раз обследовала кабинет, ничего подобного не происходило, впрочем, я и не надавливала на ящик так, как это получилось сейчас. Думая, что я сломала стол, я наклонилась и заглянула внутрь. Казалось, ящик вот-вот упадет, но этого не происходило. Я осторожно потянула за ручку — он поддался. Была видна его задняя стенка, за которой начиналось еще что-то. Этим что-то и оказался тайник, который я, как оказалось, не напрасно искала. Он был пристроен к задней стенке ящика, и, чтобы открыть его, нужно было не вертеть в скважине ключом, а просто резко и сильно надавить на ящик. После щелчка тайник начинал выдвигаться из стены, в которой он покоился, пока ящиком пользовались в других целях. Теперь стало понятно, для чего стол был так надежно присоединен к стене и полу. Вот она та удача в делах, о которой говорили гадальные кости!

Когда сейф выдвинулся настолько, насколько ему полагалось, я с нетерпением кинулась перебирать его содержимое. В нем были документы, не представляющие для меня интереса. Перерывая их, я наткнулась на полиэтиленовый мешочек, в котором лежал клочок бумаги. Сначала я отбросила его в сторону, но потом передумала. Повернув листок другой стороной, я обнаружила на нем надпись, сделанную довольно небрежно — 500.000. Вероятнее всего, это было обозначение той суммы, которая некогда содержалась в мешке. Так как он был пуст, я предположила, что кто-то недавно изъял отсюда деньги. И этот кто-то наверняка очень торопился, раз бросил «тару» здесь, или же он не опасался обнаружения потери. В последнем случае это могла быть сама Суркова.

Но для чего ей понадобилась такая сумма? Инна Георгиевна уехала в Тюмень быстро, неожиданно, будто убегая от кого-то, и единственное, что мне приходило сейчас в голову, была предполагаемая ею покупка жилья в Тюмени.

Во всяком случае, так это или нет, можно было выяснить. Оставалось непонятным, на какие средства она собирается там жить. Тут я вспомнила, что, имея вклад в сбербанке, человек может снять с него любую сумму в другом городе, в любом отделении того же сбербанка. На это, правда, требуется определенное время: нужно ждать около недели перевода денег. А вклады у Инны Георгиевны, скорее всего, были. Поэтому, наверное, Суркова и прихватила наличные.

Большинство людей сейчас осуществляют покупку недвижимости через риэлторские конторы. Исключением являются лишь те, кто пытается сэкономить деньги, не оплачивая услуги посредников. К их числу Суркова явно не относилась, поэтому, проверив тюменские агентства по недвижимости, можно было установить, не приобрела ли она что-нибудь, воспользовавшись их услугами. За хорошие деньги покупку можно осуществить в очень сжатые сроки. Деньги такие у Инны Георгиевны были, и это еще раз подтверждало необходимость проверки данной версии.

У ментов свои связи, довольно неплохие, и я подумала, что недурно было бы и мне ими воспользоваться, с помощью Кири, например.

— Катя! — обратилась я к Курбановой, заглянув к ней в комнату. — Я уезжаю. Появилось кое-что, требующее проверки.

— Что? — необычно громко спросила она.

— Расскажу, когда проверю, — я улыбнулась и направилась к выходу.

Теперь надо было как-то подмазаться к Кире. Он, конечно, не вредный и никогда мне в помощи не отказывал, но все же благодарному человеку всегда приятнее оказывать услуги. Одной рукой придерживая руль, я достала из бардачка записную книжку и открыла страничку, помеченную буквой К. Под адресом были записаны дни рождения всех членов семьи Кирьяновых. Причем меня саму сейчас развеселило то, как я их условно обозначила. Глава семьи, разумеется, был под именем Киря, его Катерина — Кириха, а дети — Киренок и Киренышек.

Как оказалось, я в свой блокнот заглянула ненапрасно: через три дня семейству предстояло отмечать очередной день рождения своего первенца. Этим моментом и можно было воспользоваться. Конечно, трехдневный перерыв в работе меня абсолютно не устраивал, и я запланировала явиться завтра, например, прикрываясь нежеланием нарушать их семейный праздник в назначенный день или просто отсутствием времени.

Оставшуюся часть этого дня я объявила для себя выходным, нужно было только полазить по магазинам в поисках подарка для именинника. Я отправилась в «Детский мир». По узкой улочке я подъехала к задней части магазина и припарковала машину.