— Ты хочешь спросить еще о чем-то? — поинтересовался Док.

— Даже не знаю, — пробормотала я. — Будет ли это удобно…

— Думаю, вряд ли ты меня что-то может выбить из колеи, — улыбнулся он.

— Док, — я подняла на него глаза. — Мне страшно. Я и Рик… Мы…

Он удивленно поднял вверх правую бровь, заставив мои щеки густо покраснеть.

— В общем, я хотела бы знать, можем ли мы… в общем…

Теперь пришла очередь покраснеть доку.

— Ты боишься его случайно заразить?

Я кивнула, не поднимая глаз.

— Вероятность есть, ведь это вещество толком не изучено. Но… Можно быть аккуратнее, средства контрацепции еще никто не отменял.

— Но бывает, что они подводят, — прошептала я.

— Бывает, — согласно кивнул док. — Но здесь решать вам двоим.

— Нет, Док, — прошептала я. — Это моя ноша, и выбор будет только моим.

***

С тяжелым сердцем я шла на вечеринку, устроенную Сью в честь нашего возвращения. Настроение было ниже нуля, ведь мне придется расстаться с человеком, которого я люблю больше жизни. Я так решила. Мы не сможем быть вместе, и хватит тешить себя несбыточными иллюзиями.

Сегодня мне придется оттолкнуть его, может быть, даже обидеть, чтобы он не захотел больше видеть меня. Возможно, он не поймет и никогда не простит, но я готова пойти на это. Рисковать его жизнью я не буду.

Сердце захлебнулось слезами, и на мгновение замерло, словно его пронзила ледяная игла. Я остановилась возле корпуса, прислонившись затылком к теплой шершавой стене, и пытаясь справится с болью и отчаяньем, которые так и грозили выплеснуться наружу.

— Так надо! — горько прошептала я, закрыв глаза, — Так надо, терпи! Ты сильная, ты сможешь!

Перед дверью в столовую, я остановилась на пару секунд, перевела дыхание и, нацепив беззаботную улыбку, вошла внутрь. Солдаты радостно загалдели. Стол был уже накрыт, все ждали только меня.

Ко мне подлетел вездесущий Сью.

— Заходи, подружка! — закричал он, — Мы тебя уже заждались.

Я улыбнулась в ответ, и пошла за ним, а на душе скребли кошки.

Сью усадил меня рядом с Риком, сделав вид, что это произошло случайно, но кого он мог уже обмануть?

Рик придвинулся поближе и обнял меня за плечи.

— Как все прошло? — поинтересовался он.

— Нормально! — солгала я бодрым тоном, не глядя ему в глаза.

— Вот видишь, я же тебе говорил! — прошептал он мне в ухо, от чего по спине побежали мурашки.

Я кивнула, и взяла стакан с пивом, который подал мне Сью.

Вечеринка началась. Кто-то включил музыку. К сожалению, старая магнитола уже не могла выдать приличного звучания, но тихий и хрипящий звук никого не смущал, всем было хорошо. Парни смеялись, и я смеялась вместе с ними, не вникая в смысл шуток. Они пели под музыку, и я пела с ними.

Кое — кто принялся танцевать. Солдаты сделали попытку рассказать Рику про наши похождения на базе, но поняли, что ему сегодня не до них, и быстро отстали.

— Эй! Эй! Народ!!! — раздался голос Сью, — Пошли на улицу, устроим салют!

Эти слова были встречены возгласами одобрения. Шум поднялся неимоверный. Сью притащил откуда-то огромную коробку с петардами и вытряхнул ее содержимое на соседний стол.

— Разбирайте!!! — кричал он.

Все бросились к нему.

— Когда он все успевает? — задумчиво произнес Рик, накручивая на палец прядь моих волос.

Я только пожала плечами, с улыбкой глядя на нашего повара, который направлялся к нам, держа в руках несколько бумажных цилиндров.

— Лекси, Рик! Держите, а то вам ничего не достанется! — прокричал он, — А теперь все на улицу!

Все, смеясь и дурачась, бросились к дверям. Я тоже встала со стула, но Рик резко схватил меня за талию и усадил к себе на колени.

— Ты не пойдешь взрывать петарды? — грустно улыбаясь, спросила я его.

— Нет, — прошептал он, зарывшись лицом в мои волосы.

— Почему, Рик? Ведь Сью так старался!

— Ты хочешь посмотреть салют? — не отрываясь от своего занятия, поинтересовался он.

В этот миг я уже не хотела никакого салюта, вообще ничего… Я просто таяла в его объятиях, как пластилин, забытый кем-то на солнце. Что же ты со мной делаешь, Рик?

В этот миг за окном стали слышны взрывы хлопушек и радостные крики солдат.

— Пойдем, посмотрим, — попросила я.

Он кивнул головой в знак согласия.

На улице стоял невообразимый гвалт. Солдаты взрывали петарды, кричали, пели. Это все напоминало побоище, кругом стоял голубой дым от взорвавшихся зарядов пороха. Только кричали эти люди от радости. Радости, что все живы, что давно не теряли друзей, и просто потому, что всем было сейчас весело. Они стали одной семьей, в которую приняли и меня.