– Но она же не видит, – обняла мужа за шею.

– Баба Света видит всё! И потом мне так самому хочется.

Наша дверь была украшена шариками, цветами и бумажными сердечками.

– Это кто постарался? – спросила.

– Не знаю. Когда мы уходили, этого не было.

Иван опустил меня на пол, открыл замок, а потом снова подхватил на руки.

– Надеюсь, больше гостей у нас не будет. Телефоны отключаем!

– А Катя?

– А Катя с двумя бабушками и двумя дедушками справится, можешь не волноваться, – дыхание Ивана коснулось шеи. – Кто придумал все эти завязки?

– Не знаю, – глупо хихикнула.

– Молнию пришить нельзя было? – Иван пытался справиться с завязками на платье, нервничал и у него ничего не получалось.

– Ванюш, а ты зачем их развязываешь? Они декоративные! Молния на спине, – прошептала, глядя в затуманенные желанием глаза мужа.

– Коварство – имя твоё, женщина!

Он прижал к себе, целуя в губы. Голова закружилась, но это было так волнующе. Мужские руки гладили по спине, замерли, нащупав молнию, и я услышала слабый стон. Повернулась спиной и убрала волосы вперёд, разрешая снять с себя платье. Но муж не торопился, покрывая шею поцелуями, а потом медленно стал расстёгивать молнию.

Я чувствовала спиной дыхание мужа. Платье держалось на плечах. Иван развернул меня к себе и медленно спустил кружево с плеч. Дорогущий наряд упал на пол за ненадобностью.

В дверь настойчиво звонили, потом стучали и опять звонили.

– Вот клянусь, что спущу этого смертника с лестницы! – сонно проворчал Иван, вставая с постели. – Ты куда?

– Кто бы там ни был, лучше одеться, – окинула взглядом комнату в поисках какой-нибудь одежды.

– Я разберусь. А потом вернусь к тебе. – Звонок снова повторился. – Да, иду я, иду!

Через пару минут Иван вернулся, жутко недовольный.

– Кто там?

– Наумов!

– Петя?!

– Он. Кто же ещё?! Сейчас Аня приедет.

– Зачем? – спросила, всё ещё пытаясь найти одежду. – Принеси мне что-нибудь, пожалуйста, – попросила мужа.

Иван окинул меня долгим взглядом.

– Может спустить его с лестницы, а?

– Вань, пусть живёт. Ладно?

– Но только потому, что это ты просишь, – муж поцеловал в губы. – Не скажу что утро доброе, но оно ни в чём не виновато.

– С добрым утром, – вернула поцелуй.

– Может, ну его? Подождёт.

– Ваня! Перестань! Принеси мне одежду.

Иван прав, увидеть Петю на следующее утро после свадьбы – не самое лучшее начало дня.

– Привет, – поприветствовала Петю. – Что-то случилось?

– Привет, хорошо выглядишь! – Наумов хозяйничал на нашей кухне. – Кофе будешь?

– Буду. Ты зачем так рано приехал?

– Вообще-то, уже десять! Тебе с сахаром?

– Да. И молоко, пожалуйста.

– Так мне и Вано просто чёрный, девушкам – с молоком!

– Девушкам?

– Аня уже едет, – объяснил Петя.

– Зачем?

– Ты вчера была бледная, я ей сказал, что тебе плохо.

– Что?!

– А я предлагал спустить его с лестницы! – на кухню вошёл Иван.

– Тебе бы только спустить! Нет, чтобы помочь человеку! – обиженно произнёс Пётр.

– Что у тебя случилось, человек? – спросил Иван.

– Случилось! – пожаловался Петя. – Аня случилась!

– В каком смысле? – ничего не понимала.

– Эта пигалица мелкая не хочет меня замечать.

– Вон оно что! Так у неё вроде как жених есть, – заступилась за подругу, злорадствуя в душе.

– Уже нет! – гордо заявил Пётр.

– В смысле нет? Куда ты его дел? – накинулась на Наумова.

Иван хлопнул ладонью себе по лбу.

– Он сам делся. Я тут ни при чём. Она сама ему отказала. Так что она девушка свободная.

– Петя! А сюда ты зачем приехал?

– Как зачем? Со мной она идти не хочет, а вот к тебе примчится. Точнее, уже мчится!

– А я предлагал спустить его с лестницы, – поддакнул муж, отпивая кофе.

– Василисушка, – Петя бухнулся на колени. – Не вели казнить, вели выслушать! Ну, скажи, что тебе плохо, а? Ну, что тебе стоит?!

– Петя! Встань сейчас же! Тебе-то это зачем?

– Не знаю. Первый раз такое! Как дурак уснуть не мог. А Анька меня лесом послала.

– Так может…

Договорить я не успела, зазвонил домофон.

– Я открою, – Иван пошёл встречать Аню.

– Петя, вот если Анька из-за тебя будет плакать…

– То я сам покачусь по лестнице, – продолжил Наумов, сложив руки в молящем жесте.