Парень перевел на нее туманные глаза, в которых краснели и разбухали сосуды. Сконцентрировал внимание усилием воли, но не на лице, а на груди. Женщина это заметила, и ей это понравилось. Саша приревновала и глянула на себя – Сафронов верно подметил ее дощатость вчера. Сам он ухмылялся и тоже глазел на прелести Альбы.

– Я чисто за компанию с любимой, – Золотов мотнул головой и пристроился к Саше сзади, за талию прижав одной рукой к себе. Вторую положил ей на плечо.

Девушку охватило приятное чувство. Даже конопляная вонь не отвращала. Дыхание легло на шею теплыми мурашками. Она повела плечом и чуть не улыбнулась. Только спустя секунду подумала, что надо было воспротивиться и отпихнуть его от себя, а еще через секунду поняла его мотивы и сжалилась, подыграла опять.

– Мм, ясно. Ну, что ж. Надеюсь, семинар окажется вам полезным.

Женщина бросила в Сашу строгий взгляд, но та чувствовала, как ее бомбят одновременно множество мелких снарядов. Разрываются тут и там, оглушают ненавистью. Ей стало не по себе.

Все трое провожали преподавателя застывшими глазами. Та громко стучала каблуками. Полные ягодицы мягко поджимались и опускались при каждом шаге. Упругости им было не занимать.

– Хватит меня эксплуатировать, – наконец, возмутилась Саша, когда Альба пропала за дверью туалета, и попыталась убрать чужую ладонь со своего живота. – Я на такое не подписывалась.

– Да блин, не Сафой же мне прикрываться, – Золотов не отпустил и уткнулся носом в ее макушку.

– Ну, знаешь, я бы тебе так подыграл. Альба бы нас благословила.

Парни обменялись «пятюнями», как это называл Сафронов, и заржали.

– Обдолбыши, – выдохнула девушка еле слышно и увела голову в сторону от Золотова. – Пусти меня уже. Я тебе не костыль.

Он сразу высвободил ее из объятий и откинулся на барную стойку.

– Саша, тебя обижают? – услышала она третий голос сбоку. Тоже мужской. Знакомый. Очень.

Обернулась и не сдержала «Ах». Тут же прикрыла рот и покраснела. Перед ней во плоти стоял Паша, невысокий, но крепкий блондин с изумительно глубокими глазами медового цвета. Бежевый костюм классно на нем сидел. Саша его таким видела в последний раз на выпускном, после которого он ее бросил. Сердце застучало с утроенной силой. Земля уходила из-под ног.

– Наоборот. Здесь ее в обиду не дадут, – Сафронов оброс шипами и вышел чуть вперед на Пашу. – Так что вали отсюда.

– Не надо, Ген, – поглядывая на бывшего, очень мягко произнесла Саша – даже голос таял от волнения.

Золотов тоже выпрямился и подошел к ней сзади вплотную. Она не видела его лица, но почему-то думала, что то лыбилось по-идиотски.

– Парень твой? – усмехнулся Паша.

Саша раскрыла рот и замахала обеими руками.

– Нет, нет, не парень…

– Пока нет, – четко ответил Золотов совсем трезвым голосом.

Девушка обернулась с выпученными глазами. Парень смотрел ее бывшему в лицо с легким напряжением. Паша чуть отпрянул со смешком.

– А я уже нет. Павел, приятно познакомиться.

Он протянул Золотову ладонь. Тот остался недвижим.

– Извини, ничего личного, просто принцип – с мудаками не здороваюсь.

Сафронов захохотал, откинувшись назад. Саша вытянулась в лице и начала судорожно заглатывать воздух. Следила за тем, как Паша медленно закипает. Треугольное лицо его исказилось в непонятной гримасе – примеси злобы и спеси, и много чего еще.

– Паш, не слушай, они не… трезвые, – выдавила пискляво девушка, взяв его за плечо.

Тот отдернул руку, морщась так, будто его мутило от ее прикосновений.

– Разумеется. Трезвый на тебя не позарится, – медовые глаза горчили, а широкая ухмылка сияла презрением.

Что-то в Саше хрустнуло. Болело адски. Она даже вздохнуть не могла смертельные несколько секунд.

– Я с нариками тоже не вожусь, – Паша почти плюнул им под ноги, круто развернулся и ушел.

– Паш, подожди… – Саша рванула за ним по инерции, непонятной ей природы, но ее остановила за талию твердая рука.

Золотов прижал девушку к себе и тяжело вздохнул. Она растягивалась вместе с его широкой грудью. Собственная, наоборот, сжималась. Там внутри уплотнялось что-то, массивное и горячее. В этом густом веществе пыталось биться сердце.

Паша отошел к своим коллегам – трем девушкам на шпильках в юбках-карандашах с блокнотами. Они обрадовались его появлению и сразу втянули в беседу. Хихикали громко, тянули восклицания. Стреляли глазками в Золотова и что-то нашептывали Паше хором. Тот нарочно не оборачивался и отмахивался неловко. Наконец, увел их в коридор за матовой дверью. Девушки ушли разочарованными.

– Ааагкх! – рявкнула Саша и двинулась вперед, пока сама не понимала, куда идет.

Толпа тоже покидала холл. Заполняла собой узкое пространство коридора медленным потоком.