Неделя пролетает очень быстро. За всеми этими приготовлениями к свадьбе я все реже вспоминаю то, что случилось со мной тогда в парке. Днем... но вот по ночам мне все чаще и чаще снятся ледяные глаза и змеиные узоры на теле... Я пытаюсь разглядеть мужчину. Но он постепенно становится в моих снах огромным, ползучим, иссиня-черным чудовищем, мечущим в меня колючий лед. Он бьет по телу, по обнаженному телу. Особенно больно животу, там все скручивает и ноет. Да так сильно, что, просыпаясь, я продолжаю чувствовать дискомфорт.

 Даже бабушка не один раз уже приходила ко мне ночью. Гладила по голове, обнимала, говорила, что я то стону, то кричу.

 А я все продолжаю твердить, что это перед свадьбой такая нервотрепка. Но она не верит – вижу.

– Девочка моя, – только шепчет тихо, да так, как будто хочет перенять всю мою боль.

 Но за три дня до свадьбы она решается. Смотрит утром, подперев щеку, как я уплетаю мачанку с блинами, а потом спрашивает:

– Какой срок?

Я не понимаю. Проглатываю еду и спрашиваю:

– Срок чего?

– Ох, Станислава… Бабушка жизнь прожила, не пытайся ее надурить, – говорит и улыбается. – Митьку уже обрадовала?

– Чем? – все равно не понимаю я.

– Детка, да ты же ребеночка носишь.

 Я не сразу понимаю. А потом цепляюсь за стол пальцами, запускаю короткие ногти в клеенчатую скатерть. Нет, бабушка ошибается… Я ведь не могу…

В тарелку начинают капать слезы. Дыхания не хватает. Живот снова скручивается узлом.

– Нет!!! – кричу я так громко, почти как ночью.

Бабушка подскакивает с места и тут же оказывается возле меня. Прижимает мою голову к своему животу и шепчет:

– Господи, маленькая моя, что же с тобой случилось?

 А что я могу сказать? Ничего… И верить тоже не хочу!

 Именно со мной, именно накануне свадьбы… За что?!

 Я начинаю судорожно рыдать, а потом поднимаю голову:

– Бабушка, я же не могу… Это невозможно…

– Станислава! Я могу определить положение не хуже любого современного аппарата. Или ты забыла, чем наша семья занимается несколько поколений? Ко мне приходили много раз и за травками, чтобы забеременеть, и за травками, чтобы убить дитя в утробе.

– Избавиться от ребенка с помощью трав тоже можно? – отстраняюсь от бабушки, но боюсь смотреть ей в глаза.

– В травах наши предки лучше разбирались, чем современные доктора в своих таблетках. Та же кувшинка, которую ты для меня собирала, в этом деле может помочь. И лучше любых таблеток на маленьком сроке. Значит, не Митя? – без перехода спрашивает бабуля, а я зажмуриваюсь.

 Она мудрая – догадалась. Да и меня знает хорошо. А если еще кто догадается?

– Бабушка…

– Ты не хочешь говорить, я вижу. Когда будешь готова, тогда и расскажешь. Кто отец – неважно. Это наш ребенок. Наш с тобой.

В голове не укладывается... Ребенок...

 Бабушка еще ни разу не ошиблась, даже на маленьком сроке с первого взгляда определяла беременность.

И вот – моя. Но не такая и не так, как я хотела!

Нет! Мне это снится...

Снится!

 Я, конечно, знаю, откуда берутся дети, как их делают. И даже видела один раз, как они рождаются... И это происходит со мной? Вот так? Из-за одной ночи? Да и то самой худшей в моей жизни?

 Резко отодвигаю тарелку и несусь в свою комнату. Хватаю сумку и выбегаю с ней обратно.

– Ты куда? – спрашивает бабушка. А я молчу. Бегу на улицу и молчу.

 До остановки я продолжаю бежать и, к счастью, оказываюсь на ней одновременно с автобусом. Неважно какой, доехать до любого крупного населенного пункта и найти там аптеку. Не в своей же деревне такое покупать.

 Пока едем, стараюсь ни о чем не думать. Но картинки счастья, о котором я всегда мечтала и теперь ему не суждено сбыться, так и встают перед глазами. А еще – мне трудно дышать. Начинается паника, да такая, что я начинаю поскуливать. Про слезы молчу, они текут потоком по горящим щекам.

– Тебе плохо? – обращается ко мне женщина, сидящая в соседнем ряду. Я отвечаю ей странным жестом – и киваю, и качаю головой. В жизни все плохо! Все!

 Выхожу на конечной. С трудом узнаю местность, но потом ориентируюсь и бреду к ближайшему супермаркета, на вывеске которого, наряду с другими, висит значок аптеки.

Я покупаю текст и, уже держа его в руках, понимаю – ни к чему. Не могла бабушка ошибиться.

Но мне надо это увидеть самой.

 В туалете того же супермаркета, следуя инструкции, делаю тест и жду результата.