На стене висело зеркало, в котором отражалась моя бледная плоть с синюшными пятнами. Меня передернуло от собственного вида. Удалось при жизни увидеть, как буду выглядеть покойником. Отталкивающе.

Я приноровился к автомату и обнаружил, что у него есть замечательная функция. Прицел, похожий на коллиматор, являлся обычной видеокамерой с баллистической точкой, передающий информацию на экран нейроинтерфейса. Я мог наблюдать и стрелять из-за угла. Нападение на законников, серьезная провинность и Высшие за это по головке не погладят. Попробуй, докажи им, что пограничники это оборотни в погонах. А какой у меня был выбор? Он был, никого не убивать. Рискованный вариант, но куда же без него.

Я глубоко подышал, досчитал до десяти и нажал кнопку открытия двери. Она отошла в сторону под шипящий звук вакуумного привода. Передо мной открылось помещение, похожее на комнату отдыха в котором сидели десять пограничников с закрытыми глазами. Думаю, они смотрели фильмы, транслируемые сразу в участки мозга, ответственные за зрение. Моё появление в самом начале оказалось незамеченным. Только девушка, сидящая ближе всех ко мне, услышав звук открывшейся двери, решила проверить. Приоткрыла глаза и посмотрела в мою сторону.

Ей понадобилось время, чтобы понять, что я не один из персонажей ее фильма. Она испуганно вскочила и уставилась на меня.

— Буди остальных. — Приказал я ей максимально властным голосом.

Меня услышали многие. Народ стал открывать глаза и медленно приходить в себя. Не ожидали, что кино закончится таким нежелательным образом.

— Всем подъем, оборотни! Грабли на башню! — Я пнул ногой парня, который видимо, задремал за просмотром.

Он вскочил и уставился на меня, потом на коллег и никак не мог взять в толк, что происходит. Я выстрелил в дальнюю стену в шкаф, чтобы пули застряли в нем. Грохот при этом оказался внушительным, но отдача была слабой. Счетчик показал, что я выстрелил три патрона. Народ испуганно сбился в стадо.

— В ту комнату, живо! — Приказал я, направляя их туда, откуда сам только что вышел.

Что им оставалось делать, кроме подчинения. Они не были вооружены, а будучи застигнутыми врасплох, потеряли моральный дух. Я еще раз пальнул, чтобы поторопить их.

— Девица, ты останься. — Приказал я той девушке, которая увидела меня первой.

— Я? — Испугалась она.

— Ты.

Народ зашел в комнату. Я закрыл дверь и просунул мину-карточку в щель между ней и стенкой, чтобы при открытии ее придавило, она жахнула и заклинила ее.

— Что ты задумал? — Спросила трясущаяся нервной дрожью девица.

— Веди меня к капитанскому мостику, или как у вас называется место, где находится капитан судна.

— Зал принятия… решений. — Произнесла она с трудом пересохшим ртом.

— Давай туда, бегом. Нам надо успеть, пока они не разнесли все живое на этой планете.

— Я поняла. — Она повернулась и побежала.

Я побежал за ней. Мы выбежали в коридор, в котором было шумнее, чем в комнате отдыха.

— Когда нам встретятся твои вооруженные коллеги, падай на пол. — Предупредил я ее. — Чтобы не подстрелить нечаянно. У вас тут вообще оружие на борту носят?

— Только те, кто на дежурстве.

— Таких много? Сколько человек в экипаже судна?

— Тридцать шесть. Без меня и… двадцать шесть осталось. На дежурстве сейчас двенадцать. Капитан и три помощника дежурят по своему графику. Десять человек обслуживающий персонал и техники. У них оружия нет в принципе.

Позади нас глухо взорвалось. Я решил, что пленники решили выглянуть в коридор и активировали мину. Теперь системы корабля знали о повреждениях двери в той комнате, в которой хранился мой труп, и могли что-то заподозрить. Девица остановилась у двери.

— Нам надо выше. — Предупредила она.

— А лестниц нет?

— Нет, только лифт.

— Куда мы выйдем?

— Прямо в зал принятия решений.

— Поехали.

Лифт ехал всего несколько секунд. Двери открылись. Я едва успел оттолкнуть девушку в сторону. В стены лифта ударили две вспышки, отозвавшиеся судорогами в искусственной части тела. Заминка заняла долю секунды. Я вскинул автомат и выстрелил перед собой длинной очередью, прошив все оборудование за которым могли прятаться противники. Этим было, что терять в отличие от рядовых пограничников, понятия не имеющих обо всех делах начальства.

Счетчик остатка боеприпасов показал, что я выстрелил почти сотню патронов. Из-за искрящейся тумбы в нашу сторону вылетел шар, похожий на ручную гранату. Я выстрелил в него, зацепив пулей самый край. Он подскочил вверх, ударился о потолок и разорвался посередине комнаты. Осколки попали мне в тело. Девушка закричала от боли и ухватилась за ногу. Ей повезло, потому что большую часть осколков я принял собой. Если бы граната упала в лифт, девушка, скорее всего, была бы мертва, и мне досталось бы неслабо. Фугасный эффект у этой штуки оказался намного сильнее обычной гранаты.