В воздухе повисла продолжительная пауза, но я не хотела нарушать её, поскольку тишина была гораздо лучше фразы: «Минус энное количество баллов с Когтеврана и уборка в моём подземелье до конца года».

— Не могли бы вы, мисс Велль, пролить свет на эту тайну? — с усмешкой попросил Снейп спустя минуту, а мои тараканы в голове радостно потирали лапки в предвкушении.

«Тянет время!» — обрадованно закричало моё подсознание спустя ещё полминуты. Фантомные звуки полировки щёткой котлов становились всё глуше и глуше, а надежда выйти из сложившейся ситуации без потери репутации перед сокурсниками вдруг забрезжила передо мной.

Я снова повернулась к нему и с тоном взрослого, объясняющего ребёнку пяти лет, что Земля круглая и вертится вокруг Солнца, пояснила:

— Любопытство… — моя улыбка могла озарить всё ночное небо. — Поскольку вы, профессор Снейп, не единожды наблюдали, как я нарушаю правила, но не сделали ни одной попытки остановить меня, и даже сейчас не пытаетесь, хотя давно бы уже сняли эти несчастные сотни со счёта Когтеврана, которых ещё и нет… Я делаю разумный вывод, что вами движет любопытство.

Я поставила всё и пошла в ва-банк, а вечно угрюмый и нелюдимый профессор Зельеварения явно не ожидал такой наглости. Более того, смею предположить, что подобной наглости он ещё вообще не видел. Но победа в этом сражении была нужна мне любой ценой: терять было нечего.

Растерянность задержалась на его лице уже на несколько секунд, но мне нельзя было допустить, чтобы он пришёл в себя, поэтому я продолжила свои размышления:

— Не правда ли, есть определённая романтика в том, как медленно умирает природа? Как медленно и очень постепенно летний воздух становится холоднее, небо прозрачнее, а ветер сильнее? И ты прекрасно знаешь, что в конце концов всё умрёт, будет погребено под белым саваном снега, но сейчас… Сейчас ещё слышны отголоски лета. Сейчас ещё чувствуется жизнь. Это прекрасно…

Я мечтательно посмотрела в небо и многозначительно замолчала, а затем прислонила голову к стене и закрыла глаза. Меньше всего на свете в тот момент мне хотелось откровенничать с этим человеком, по сути, даже незнакомым мне, но та ностальгия, меланхолия, тоска, то чувство, что заставляло меня искать уединения, что привело сюда, в конце концов, то чувство, с которым я смотрела вдаль на лес, вдруг вырвалось наружу. Интуиция или, может, ангел-хранитель, подсказывали мне, что лучше не темнить и не вилять, а сказать всё так, как оно есть.

Наступила тишина. Её нарушали только завывания ветра и уханье сов, изредка пролетавших мимо. Внезапно на меня накатила волна спокойствия. Если бы я не знала, что передо мной находится человек, я бы подумала, что снова осталась одна. Но, открыв через какое-то время глаза, я увидела всё ту же фигуру, облачённую в плотную мантию. Снейп облокотился на край стены, ограничивавший башню, и флегматично смотрел вдаль, туда же, куда десять минут назад смотрела я, с того же самого места.

К моему невероятному изумлению, моя весьма сомнительная стратегия сработала. Я всё ещё не была официально наказана, ведь, насколько мне было известно, наказание всё же нужно озвучить вслух. Но внезапно я также осознала, что, собственно говоря, никто и не собирался меня наказывать. Да, я нарушила довольно много правил, гуляя ночью по замку, к тому же пробралась на Астрономическую башню, где в принципе находиться запрещено даже днём, кроме уроков Астрономии. Но наказания не было. Как и ответа на мои мысли. И вдруг…

— Вы следили за мной всё это время?.. — ошарашенно произнесла я, придя к одному довольно логичному заключению.

Слова сразу рассекли воздух, и прежде, чем я до конца осознала смысл сказанного, Снейп резко повернулся ко мне. В его глазах читалось недоумение, но я решила придерживаться выбранной ранее стратегии и продолжила говорить, не дожидаясь ответа:

— Вы сами сказали, что не раз видели, как я поднимаюсь сюда, но мне казалось, что это просто момент во времени. Но вы ведь не просто увидели, что я поднимаюсь сюда, вы поднимались следом и наблюдали за мной, — я перевела дыхание. Мой тон был спокойным и медленным, словно я говорила в трансе. — Очевидно, что вы не наказали меня до сих пор по той причине, что не понимаете моей… мотивации?

Зельевар задумался на минуту. Прядь длинных чёрных волос упала ему на лицо, и он медленно убрал её. Затем мягкий бархат его голоса вновь достиг моего слуха:

— Мисс Велль, я хотел содрать с вас три шкуры, ещё когда в самый первый раз увидел вашу фигуру в коридоре ночью. Но вы так спешили, что окрикнуть вас не представлялось возможным, и я посчитал, что получу гораздо больше удовольствия, если застану в конечной точке маршрута. Каково же было моё удивление, когда вы привели меня сюда.

— Почему вы тогда не исполнили задуманное? — недоуменно спросила я, продолжая изучающе смотреть на него.

— Потому что когда я пришёл сюда и стал наблюдать за вами, я ожидал увидеть…

Мои брови поползли вверх, а недоумение нарастало.

— …я ожидал увидеть, как вы собираетесь сделать что-то незаконное, что в полнейшей мере оправдывало бы риск очень сурового наказания, в плане свидания в укромном месте, приготовления запретного зелья или отправки контрабанды…

— Но вы никак не ожидали, что я просто буду смотреть на природу? — закончила я его мысль, поскольку Снейп сделал в конце фразы паузу. Флегматичность снова поглотила меня с головой.