Кристина

Сегодня — самый счастливый день в моей жизни. Точнее, теперь каждый мой день стал самым счастливым, ведь наконец-то мое сердце получило свободу.

И Брэндон теперь рядом со мной.

Мы не виделись с ним почти сутки, и это оказалось слишком тяжело. Послышались тихие шаги, а затем крепкие руки обвили мою талию, нежно накрыли живот, поднялись выше и прижали к себе.

— Так соскучился, — бархатистый голос над моим ухом заставил меня по-особенному вздрогнуть от счастья. — Моя куколка.

— Брэндон, — прошептала я, опустив свои ладони на его теплые руки. Я запрокинула голову назад, теснее прижимаясь к мужчине. — Ты слышал, что жениху нельзя видеть невесту до свадьбы?

— Но мужу то можно видеть свою жену, — проникновенно произнес он, нежно целуя меня в шею. Его горячее дыхание опаляло, а мягкие губы оставляли после себя приятное покалывание.

На самом деле мы с Брэндоном женаты уже почти месяц, а эта церемония была всего лишь формальностью, на которой настояла моя мама. Хорошо, что Мэгги, Шелби и Джудит отлучились ненадолго, чтобы проверить рассадку гостей на пляже. Иначе, они бы не подпустили мою любовь в этот номер. Развернувшись в его объятиях, я сразу же поцеловала мужа, горячо и страстно.

— Миссис Хартер, — прошептал он, нехотя разрывая поцелуй. Я невольно вздрогнула, услышав это обращение из его уст. — Из-за вас я теряю голову.

Кристина Хартер. Мы с Брэндоном — муж и жена. Даже мысль об этом вызывает во мне полчище мурашек.

— Как же я мечтала носить твою фамилию, — искренне протянула я, прижимаясь к нему теснее. Брэндон хихикнул, покрывая мою шею и плечи поцелуями. — И твоих детей.

— Угу, — поцеловав меня в щеку, Брэндон кивнул и поправил мою фату.

— Мне сложно оставлять Алекса на целую неделю одного, — обеспокоенно поделилась я.

— Мне тоже, — выдохнул муж. — Но ты сама знаешь — он категорически отказался лететь с нами.

Наши мамы уговорили меня не брать Алекса с нами в Париж в свадебное путешествие и, на удивление, ребенок сам был против. Привязанная к нему, я сильно расстроилась, хотя в глубине души понимала, что нам с Брэндоном нужно побыть наедине.

Брэндон посмотрел в мои глаза, очертил взглядом лицо, задумчиво наблюдая за мной.

— Я очень тебя люблю, — и он прикоснулся губами к моему лбу.

Нацеловавшись с мужем до распухших губ, я с постаралась отстраниться, почувствовав всплеск тягучего возбуждения.

— Это платье тяжело надевается, — пропищала я, когда его руки скользнули под тугой корсет и сжали кожу. — Но, если ты хочешь…

Будет совсем неловко просить девушек снова зашнуровывать все обратно, когда они узнают, что произошло в этом номере за полчаса до церемонии.

— Сейчас я тебя не трону, — прикрыв глаза, прошептал он, обнимая меня. — Сегодня же наш праздник, — он улыбнулся и его глаза, карие с янтарным отливом, засияли. — А для любви у нас впереди целая жизнь.

Солнце светило сегодня по-особенному ярко, шум волн и легкий ветерок, осторожно качающий белые ленты на декорациях — делали это свадьбу по-настоящему волшебной. Я благодарна маме за то, что она все же настояла на проведении торжества. Просто, в тот день, когда она узнала, что мы поженились в тайне от всех — она очень расстроилась и сказала мне, что очень хотела видеть меня счастливой в белом, свадебном платье.

Сейчас, ступая вдоль белого, теплого песка, я понимаю, что она была права. В этот раз, глядя на человека, который ждет меня у алтаря в черном смокинге с милой улыбкой на его симпатичном лице, я понимаю, что теперь — я действительно счастлива.

Alexander Harter Juniour — сокращенно A.J. — ЭйДжей.

Глава 24

Брэндон

— Как поживает наш многодетный отец?! — послышался ор, и Ти-Дог и Сэм крепко обняли меня, стоило мне переступить порог палаты.

Сидни позвонила Ричарду, а затем, отключив кнопку вызова, подошла ко мне и крепко обняв, поцеловала.

— Эй, вы дадите мне тоже поздравить папу?! — бросив злобный взгляд на членов семьи, мальчик прижался ко мне.

— Малыш, у нас с тобой появились еще две куколки, — подняв его на руки, я закружил ребенка в своих объятиях.

Немного успокоившись, я наконец сел на стул и сделав несколько глубоких вдохов, постарался отдышаться. Я вышел из палаты весь измученный. Для меня это был первый опыт, ведь к сожалению, я пропустил этот этап с Алексом. Моя рука немного побаливала от ладони моей дорогой жены, которая крепко сжимала ее, пока наши крошки появлялись на свет.

Мурашки по коже от воспоминаний. Это что-то нереальное.

— Пап, как ты себя чувствуешь? — протянул взволнованный Алекс. На удивление, ребенок оказался более стрессоустойчивым, чем я и все утро успокаивал меня, говоря слова поддержки.

Алекс назвал меня папой несколько месяцев назад. Мы праздновали рождество и утром, спустившись на кухню, он, вместо привычного: «доброе утро», сказал: «доброе утро, папа» и все, наконец, встало на свои места.

— Сынок, дорогой, ты весь дрожишь, — Сидни опустила руку на мое плечо. Жаль, моя мама была на важной операции и задерживалась. Потому что, как оказалось, мне очень нужны были сейчас еще и ее слова поддержки.