— Лекс, чувак, ты же подготовился морально к тому, что у тебя теперь две маленькие сестренки? — хихикнув, спросил Ти-Дог моего улыбающегося сына. Ведь Алекс действительно ждал рождения детей больше чем мы с Тиной.

— Я давно этого ждал, — радостно ответил он.

Когда нам с Тиной сообщили о том, что у нас будут близнецы — мы были в шоке. Двое детей одновременно, это просто что-то невероятное. Мы не знали, как сообщить об этом Алексу, ведь мы понятия не имели, как отнесется к этой новости наш сын.

Конечно я спрашивал Тину, почему она столько лет скрывала от меня сына. Оказалось, что мы потеряли много лет из-за глупого недопонимая. Тина сильно ревновала меня к многочисленным женщинам, о которых, действительно писали в прессе после того, как я отменил свадьбу. К дочери ректора я относился как к сестре, мы проводили много времени вместе, но это было очень давно. Его отец был серьезно настроен на нашу свадьбу, как и сама девушка. И моя мама. Она думала, что я забыл о Тине и была рада тому, что моя жизнь, по ее мнению, наконец-то наладилась. Но это было неправдой. Я сходил с ума от ревности и действительно стал проводить время с разными женщинами. И вовсе не скрывал этого, наверное, в глубине души для того, чтобы Тине стало об этом известно. Я злился на то, что она предала меня и вышла за другого. К своему стыду, я очень хотел отомстить ей и показать, что счастлив без нее и она не незаменима. Ведь я понятия не имел, что она страдала так же, как и я.

— Обалдеть, — спустя минут пять, когда, мне казалось, состоянии эйфории меня покинуло, я снова впал в шок. — У меня трое детей.

У меня трое детей, а год назад еще не было ни одного.

— Да, пап, у тебя трое детей, — скучающим тоном протянул Алекс. Мальчик хихикнул, видимо потому, что у меня был очень странный вид. Сэм похлопал меня по плечу, отрезвляя.

— У вас дома теперь будет больше женщин, чем мужчин, — ухмыльнувшись произнес он, говоря это предупредительным тоном и глядя на Алекса. — Готовьтесь к неизбежному.

Вернулась моя мама с операции и рыдая, стала целовать нас с Алексом по очереди в щеки. Две подруги обнимали друг друга и ревели, а я сидел словно в прострации.

— Дорогой, какие у тебя красивые девочки, — всхлипывая протянула мама, когда я снова вошел в родовую комнату, уже вместе с мамой и своим сыном. К моей дорогой жене.

Тина лежала уставшая и измученная на кровати, девушке необходим был сон после пережитого. Рядом с ее кроватью располагалась большая переносная кровать, в которой мирно посапывали два крошечных младенца. Мои… дети.

Боже. Я наблюдал за малышами, до конца не осознавая, что они — мои.

— Мои дети, — надрывно протянул я, держа за руку Алекса, который придавал мне сил.

Мои прекрасные, спящие крошки. От моей любимой жены. Мама поцеловала меня в щеку, пока я, уставившись в кроватку, стоял не шевелясь.

— Я хочу их подержать…

И хоть я уже видел их сразу после рождения, все равно, чувствовал, будто впервые.

— Смотри, сынок, — мама осторожно вытащила из кроватки одну девочку. — Нужно держать их в руках аккуратно, — и она передала мне младенца.

Я сел на стул, дрожащими руками держа в руках ребенка. Ко мне подошел сын, с улыбкой до ушей, в предвкушении. Приблизив девочку к себе, я почувствовал особенный аромат, от которого по телу пробежали мурашки.

— Господи… — я запнулся, чувствуя, как из глаз льются слезы радости. — Алекс, посмотри, какая красавица.

Сын стоял рядом, наблюдая за мной.

— Милашка, — шутливо протянул он и в отличии от меня, сразу же наклонился и осторожно поцеловал нежную ладошку малышки.

На руках у моей мамы была вторая девочка, которую она ласково убаюкивала. Тина приоткрыла глаза и увидев нас у ее кровати, сразу же очнулась, привставая. Моя любимая крошка. Так как я сидел рядом, держа девочку в руках, я наклонился и поцеловал свою жену в лоб.

— Родная, ты подарила мне счастье, — тихо прошептал я. Тина слабо улыбнулась, кивая.

Разве можно быть счастливее?

— Любимый, — хрипло протянула она. — Ты вернулся.

Тина не хотела отпускать меня ни на минуту, но врачи сами попросили меня ненадолго покинуть палату, после того как перерезали пуповину. Боже, я вздрогнул, вспоминая об этом.

Мои дорогие девочки. Причмокнув, малышка зажмурилась, но так и не проснулась. Я наклонился и осторожно поцеловал ее в нежную щечку. Совсем крошечная, но уже так сильно напоминает мне Тину.

— Дай маме немного отдохнуть, — тихо прошептала моя мама Алексу, который прижался к Тине.

— Я хочу подержать своих сестренок, — возмутился сынок и мама, усадив его за стул, осторожно передала ему вторую девочку, спящую в ее руках.

— Пап, — взволнованно произнес он, держа ребенка, как фарфоровую куклу. Он старался не показывать своего страха, чтобы мама и Сидни, наблюдающие за ним, не забрали у него ребенка. — Они такие одинаковые, — хихикнул он.

— Нужно дать им имена, — прошептал я.