— Кто победил? — спрашиваю я, едва отхожу от лечения.

— Мне кажется, победило ваше взаимное упрямство. Тут такое светопреставление было, когда вы сошлись в последний раз, что даже местных проняло. И все почувствовали силу, — Олег недовольно поджимает губы. — Вот обязательно было устраивать побоище?

— Ну, это не моя идея была, — я кручу головой. — А где все?

— Богдан там, — целитель кивает на потасовку и мстительно добавляет: — Вот ему помогать не стану, сам полез. Саша умчался куда-то, Илена за ним побежала. Ему вроде по голове прилетело, не знаю. Володя ушел еще в середине представления, сказал одному надо побыть. Он что-то увидел, Игорь, и меня это беспокоит.

— Меня тоже, — соглашаюсь я и осторожно поднимаюсь на ноги.

Шатает меня прилично, все таки зря тараном головой пошел. В ушах тихо гудит, а шею ломит. Адреналин еще помогает не обращать внимания на общее состояние.

И я бреду к северянину, который тоже уже очнулся и сидит, потирая голову. Он улыбается мне, едва увидев, и я содрогаюсь. Все лицо у него в крови, переднего зуба тоже не хватает, нос распух, а лоб рассечен.

— Ингвар! Славная драка! — довольно гудит Магнус. — Надо повторить!

Продолжая содрогаться уже внутренне, я улыбаюсь в ответ, к своему облегчению, делаю вид, что не понимаю, о чем он говорит. Северянин с кряхтением поднимается на ноги, отмахивается от окуривающей его старушки и хлопает себя по животу.

— Ну а теперь — отпразднуем!

Я оглядываюсь в поисках Инги и нахожу ее в паре шагов от нас. Блондинка растерянно смотрит по сторонам, на окровавленный песок, разбитый барабан, продолжающуюся в толпе драку. И тихо качает головой.

Ее взгляд останавливается на мне, в нем замешательство и волнение. Чего она, никто же не умер вроде? Я вдруг вспоминаю про того парня, на которого спустил свою агрессивную силу. Но его нигде не видно.

Девушка вздыхает и подходит к нам, начиная переводить, что сын ярла желает пригласить нас всех разделить праздничный стол. И завтра отправиться с ним на север, к ярлу Хакону.

— Скажи, что для южного задохлика он молодец! — добродушно скалится Магнус. — Давненько из меня дух не вышибало.

— Просит передать, что впечатлен твоими боевыми навыками, — привычно сглаживает выражения Инга.

На меня попадает дым от пучка трав старушки, которая продолжает кружить вокруг, что-то подвывая под нос. Закашливаюсь, на миг выпадая из реальности. Мне чудится завывание ледяного ветра и я, отогнав рукой чадящее облако, внимательно присматриваюсь к ней.

Но нет, на ту, что отправила меня в трип, она не похожа. Старушка, еще раз махнув рукой, тоже обращает внимание на меня. Прищуривается, принюхивается и тихо бормочет:

— Очистить пацаненка от этой дряни надобно, пропадет, ой пропадет.

Вижу, что Инга ее не слышит, и думаю что, да, помыться мне сейчас не помешает. Но Магнус со всей дури хлопает меня по спине, ловит и, взяв в дружеский захват, тащит прямо в таверну.

— Это праздник второго урожая, — блондинка семенит рядом, рассказывая в чем, собственно суть очередной гулянки. — Он прославляет землю и море. Длится неделю, но сегодня ночью его разгар. Мы благодарим богов, пируем и приносим жертву Ньерду.

— Кому? Какую жертву? — сразу заинтересовываюсь я.

На дикарей, конечно, они совсем не похожи, хоть тут и стараются отрываться, как в старые добрые времена. Но может у них принято в жертву чужаков приносить?

— Бог морской стихии и ветра, бог плодородия. Жертва — часть урожая… — она запинается. — И кровь. Впрочем, ее вы уже принесли достаточно.

— Слушай, Инга, — я избавляюсь от железной хватки Магнуса и кивая в знак того, что иду за ним, приближаюсь к девушке. — Можешь ты мне нормально объяснить про ваших богов, традиции и прочее? Сейдкона, ваша сила, руны, праздник этот.

— Зачем это чужаку? — она с вызовом вскидывает подбородок. — Моя задача как раз не впутывать вас в наши традиции. Боги справедливы, но суровы к тем, кто их не чтит. И не станут терпеть насмешки тех, кто не понимает.

— Да не собираюсь я насмехаться, — я удивляюсь ее выводам. — Наоборот, понять хочу.

— Тебе так только кажется. Нам не нужно, чтобы нас понимали, — хмыкает Инга. — И вообще, плохая идея везти вас в Ютунхеймен. Ярл Хакон живет обособленно и, по мнению, многих, слишком уж в прошлом. Даже некоторые из нас считают это диким, что уж говорить про вас. Слышала я, как ваш княжич Каритский называл сараями наши дома.

— Он не со зла, — оправдываю я друга. — Характер такой, капризный и изнеженный. Но Саша нормальный парень, я с ним поговорю, чтобы следил за выражениями. Так что там такого, в Ютун-хей-мене? — мне приходится по слогам повторять название.

— Горы, леса, ледники, дикие места, — она прищуривается, внимательно следя за моей реакцией. — Тролли и великаны.

— Настоящие? — не сдерживаюсь я и удивляюсь.

— Увидишь и сам узнаешь, — шипит она в ответ и все-таки обижается.

Кого бы менее восприимчивого найти? Наверняка, Магнус с удовольствием поделился легендами и преданиями, но я пока не хочу открывать знание языка. Хоть до этого момента я и не замечал, что они говорят что-либо оскорбительное или Инга перевирает в переводе. Но чувствую, что в месте, куда мы поедем завтра, будет все иначе.