Только захожу в офис, как телефон опять звонит.

– Привет, Лика, – раздается в динамике голос Насти. – Я в твоем районе. Может, встретимся? Поболтаем?

– Я на работе, – мчу к лифту, заскакиваю в кабину, заполненную людьми, ровно за секунду до того как закрываются створки. – Прости, мне не очень удобно разговаривать.

– Тогда давай пересечемся за обедом.

– Это срочно? Я пока не знаю график. Не уверена, что буду свободна.

Хоть пара минут найдется? – спрашивает подруга. – Я готова в твой офис подъехать. И да, дело срочное. Это касается Волкова. Ты должна знать.

+++

– Проходите, Лика, – Айдаров приглашает меня в кабинет, указывает на кресло напротив своего стола. – Хотите чего-нибудь выпить?

– Нет, благодарю.

– Тогда сразу перейдем к делу, – заключает босс. – Когда вы готовы вернуться на проект?

– Сегодня, – улыбаюсь. – Сейчас. Я очень скучала по работе.

– Отлично, – кивает. – Не вижу причин тянуть дальше. Можете приступать. Но прежде я задам вам несколько вопросов.

– Конечно.

– Как давно вы знаете Марию? – его темный взгляд упирается в меня, тяжелый и буравящий, кажется мужчина способен разгадать ложь на раз.

Черт, такого вопроса я точно не ожидала. Думала, речь пойдет про слив данных Черному, про договор с Лесневским, да хоть даже про покушение на стройке.

– Мы учились в одном университете, – говорю я. – Но общаться начали в Осло, когда вместе отправились на тренинг.

– Вы доверяете ей?

– Конечно.

– Она ваша близкая подруга?

– Да, пожалуй, так вышло, что за короткий период, мы хорошо друг друга узнали, – хмурюсь. – Простите, но я полагала, речь пойдет о проектах.

– Мария уволилась, – замечает Айдаров, игнорируя мое замечание.

– Знаю, – вырывается на автомате.

– Вот как? – мужчина выгибает бровь. – Выходит, она успела сообщить вам о своих планах?

– Не совсем, – поджимаю губы. – Маша звонила мне, когда была на пути в аэропорт, вся на взводе. Заранее она ничего не говорила. Кажется, вообще, решилась на отъезд в последний момент, да и на увольнение тоже.

– Ясно, – криво усмехается и, хоть продолжает смотреть на меня, кажется, будто мысли его далеко отсюда. – А она ничего не сказала про то, как продала информацию Черному?

– Что? – запинаюсь. – Какую информацию?

– Ту самую, – мрачнеет Айдаров. – Ловко все обставила, перевела подозрения на вас.

– Нет, – качаю головой. – Никогда не поверю, что Маша на такое способна.

– У каждого есть своя цена.

– Это не тот случай, – заявляю твердо. – Тут явно ошибка. Нужно провести расследование, изучить детали. И потом, мы же начали общаться уже после слива данных. Здесь никакой логики.

– Все доказательства против Марии.

– Нет, нет, я никогда не поверю…

– Я в курсе, что она рассказала вам про стройку, – обрывает Айдаров. – Вас тогда только чудо спасло.

– Маша просто… – нервно закусываю губу, гадая как лучше сформулировать то, что девушка не могла промолчать, решила предупредить меня об угрозе, пусть и нарушила правила, просмотрев секретные документы.

– Она помогла все устроить, – холодно заявляет Айдаров.

– В смысле?

– Та ситуация с неполадками на стройке – дело рук Черного. Но ему нужен был человек в нашей компании. Кто-то, кого не стали бы подозревать.

– Подождите, вы хотите сказать, что Маша помогла подстроить покушение на меня? – нервно веду плечами. – Но это же полный бред. Простите, конечно, я считаю такого не могло быть. И дело не в деньгах. В принципе. Маша не стала бы заниматься подобными мерзостями. Продавать данные, участвовать в подготовке убийства. И зачем ей предупреждать меня об опасности?

– Она умная девушка, – ровно произносит Айдаров. – Умеет заметать следы. Но поверьте, улик хватает. Фото, видео, записи разговоров. Черный хотел дискредитировать нашу компанию. Ему плевать, как именно.

Точно. Смерть на стройке не пойдет на пользу репутации. А у Черного давняя вражда с Волковым, так он мог сразу поквитаться и с ним, и с моим боссом.

– Я не знаю насчет Черного, – выдаю сдавленно. – А Маша не могла так со мной поступить. Не могла. Понимаете?

– Лика, мне жаль, – говорит Айдаров. – Я думаю, вам стоит приступить к работе уже со следующей недели, а пока изучите материалы. Отправлю все на почту.

Разговор окончен, и я на негнущихся ногах покидаю кабинет. Иду вперед чисто машинально, почти не разбираю дорогу.