Что ж вы, Норны, его не отвели-то, а?

— Кривовато тебя судьба повела, лис, — тихо сказала я.

— А мне кажется, очень даже хорошо, — Ренар клюнул меня носом в щеку. — Не зря же как приклеенный шел. Ткнули носом, конечно, в собственное раздутое эго, но это даже полезно. Это и заставило меня передумать, — тут он отвернулся и стал смотреть на занимающийся рассвет. — Раз уж я тебя выследить не смог, а потом меня как повели, и запах еще твой — может и правда, судьба? А от таких подарков не отказываются.

Лис замолчал на мгновение. Первый рассветный луч упал на полянку перед нами. Начинался новый день.

— Но, я не совсем идиот, — наконец глубоко вздохнул лис. — Вижу, что тебе не совсем комфортно. Неволить не буду. Хочешь уйти, противен тебе — уходи. Город здесь близко, я тебе все отдам, что хочешь, и препятствовать не стану. Требовать ничего не буду.

После этих слов я повернула голову, удивленно посмотрев на Ренара.

— А как же Отбор?

— Да ерунда это все, — улыбнулся он, тоже посмотрев на меня. — Пережиток прошлого. Ни один нормальный оборотень силой принуждать не будет. Мы все, в мирное время живем, время любви и гармонии. Просто у некоторых, — тут он скривился, — старикашек вечно кругом война и враги, не могут они по-другому. Вот и мучают других.

— Это ты про волков?

— И про них тоже. Вся эта верхушка скоро мхом покроется, а все туда же. И Месяц Выбора этот — чистый фарс.

— Но почему-то из-за этого фарса страдают люди. Молодые девушки, — грустно сказала я. — ты знаешь, что волки часто приходят в приграничные города, как наш? «Развлекаться», как они говорят. Даже вспоминать противно. А они ведь Выбором прикрываются.

— Эти — мерзавцы. Но не все оборотни такие, вот увидишь. Большинство — нормальные, и никто в метку до гроба не верит уже.

— М? В смысле? — еще раз удивилась я.

— Брачная метка оборотня обновляется каждый год с момента заключения союза. Если этого не сделать, она исчезает и пара расходиться. Можно, конечно, заключить официальный брак. Но и он не удержит пару вместе, если нет чувств.

— А если дети? — я сегодня перестану удивляться?

— Детей делит старейшина клана, если родители не могут сами.

— Но как же? Так просто? Старейшина распределяет детей и все — все свободны?

— Да, — кивнул лис. — Именно.

Но… — все еще недоумевала я. Мне что же, врали всю мою жизнь?

Я так предвзято относилась к оборотням именно из-за этого дурацкого Месяца Выбора. Уходила в лес подальше как только могла, чтобы не связывать свою жизнь принудительно ни с кем из хвостатой братии, а оказывается, все было не так уж и драматично.

— Поверь, дурацких и жестоких законов у оборотней хватает. Но, что касается выбора пары. Мы долго живем, Раварта, — улыбнулся оборотень. — Зачем обрекать себя на многолетние мучения?

Я задумалась. Получалось, конечно, очень логично.

— Но ведь мы, люди, не очень-то долго живем?

— Укус оборотня передает часть магии зверей паре. Соответственно, усиливает магию и продлевает жизнь.

— То есть, нет метки — нет долголетия?

— Эффект какое-то время еще держится, но в общем да.

— Интересно, — задумчиво пробормотала я. Моя собственная судьба представлялась в новых красках.

— Я к чему все это, — продолжил Лис. — Ты мне симпатична, даже очень. Мой зверь от тебя просто в щенячьем восторге. Я хотел бы, — тут он слегка запнулся. — Хотел бы…ох, блин, где красноречие…Короче, — решительно кивнул, — я прошу дать мне шанс, если я тебе не противен. Ты можешь уйти в любой момент, метка сойдет сама через какое-то время, никакой неволи. Но я обещаю, что сделаю все, — лис нежно взял меня за руку, аккуратно поцеловав тыльную сторону ладони, — чтобы тебе было комфортно.

— Ты что, отвар храбрости выпил где-то? — смущенно пробормотала, стреляя глазами.

— Веришь, говорю, а у самого поджилки трясутся, — несколько нервно хихикнул Ренар. — Первый раз признаюсь в любви.

— Да не смеши меня, — тихо сказа я.

— Клянусь копьем Одина! — театрально ударил себя кулаком в грудь.

Я засмеялась.

— Не надо копьем, — мягко забрала руку. Помолчала. — Дашь мне время подумать? Ты, прав, я осмотрела местность, и тут недалеко есть небольшое озерко, куда ручей впадает, я к нему прогуляюсь. Заодно воды наберу нам ключевой, — я встала.

— Конечно, — оборотень поднялся тоже.

Информацию надо было уложит по полочкам.

Ренар.

Я откровенно трусил. Когда Раварта скрылась за деревьями, зверь внутри тоскливо завыл, а по жилам растеклась тревога. Что, если она не вернётся? Что, если я ее напугал? Что, если ей и правда ничего этого не нужно?

Дурак, надо было как еще мягче рассказать, преподнести свои чувства не так открыто! С другой стороны — куда еще мягче? Если нет, так как бы я не плел словесное кружево, ответ не измениться. Лучше уж сейчас обрубить зарождающуюся симпатию на корню, пока это еще может пройти не так болезненно.