— Хорошо, что мы взяли с собой твоего новоиспеченного лексикания, — сказал Кхарн.

Советник примарха нагнулся и поднял за воротник изорванной мантии верхнюю часть геннца, разрубленного Оронтом.

— Не учуй он так скоро, кем на самом деле были эти твари, нам пришлось бы до сих пор выслушивать их загадки.

Низкий голос восьмого капитана звучал спокойно и тихо. Кхарн крайне редко проявлял сильные эмоции, и открывшаяся им правда о геннцах не вызвала у него и намека на удивление или гнев — вообще ничего. В голосе Кхарна слышалась обычная отстраненность, даже усталость, как будто порожденная не одним лишь физическим напряжением. Магон взглянул на брата и представил его лишенное шрамов узкое лицо под шлемом, чуть приподнятые уголки губ и никогда не улыбающиеся глаза.

— Я возвращаюсь на «Завоеватель». — Кхарн повернулся и, волоча за собой мертвое тело, направился той же дорогой, которая привела воинов сюда. — Нужно сообщить отцу как можно скорее.

Купол вновь раскрылся, и перепад давления высосал весь воздух в космос. Прежде чем выйти наружу, Кхарн оглянулся через плечо:

— Тебе бы поторопиться обратно на «Песий клык», Магон. Теперь ты уже должен знать, что он скажет и что будет потом.

Покои примарха окутывала темнота. После своего обнаружения — события, которое сам Ангрон даже в относительно светлые времена называл не иначе как пленением, — он методично уничтожил каждый источник света в огромном зале, и никто не посмел войти сюда и заняться ремонтом или заменой. И сейчас Кхарн вновь спускался в эту непроглядную тьму по растрескавшимся мраморным ступеням, как и в день первой встречи с генетическим отцом.

Здесь рев сердца «Завоевателя» отдавался лишь слабой вибрацией. Сырой холодный воздух вместе с кромешной тьмой придавал залу сходство с первобытной пещерой.

Сверхчеловеческое зрение Кхарна и авточувства доспеха приспособились мгновенно, и взгляду капитана открылось разрушенное убранство покоев: иззубренные осколки расколотых колонн и глубокие воронки, выбитые в стенах. Даже в шлеме Кхарн ощущал тяжелые запахи, висевшие в воздухе, а когда обнажил голову, они хлестнули его обоняние со всей силы. В зале пахло обожженным металлом и камнем, но явственнее всего чувствовался терпкий насыщенный аромат ангельской крови.

Здесь был кто-то еще.

В паре шагов от лестницы стоял Пожиратель Миров. Его доспех насквозь пропах обеззараживающими веществами, а от навязчивого гудения силовой установки и глухих щелчков хирургических приборов, выраставших из-за спины воина, подобно конечностям жуткого механического паука, кололо уши. В ровном зеленом сиянии инфопланшета, встроенного в массивный наруч, широкое лицо, иссеченное шрамами, показалось Кхарну зловещим, почти отталкивающим на фоне окружающего мрака.

— Галан, — коротко кивнул он апотекарию.

— Приветствую, советник, — ответил Галан Сурлак, поднимая взгляд от наруча и повторяя почтительный жест.

Кхарн смотрел мимо него, в самый плотный мрак.

— Старший.

Предводитель тех, кто Пожирает Миры, сидел на корточках в дальнем конце зала, где темнота сгущалась в непроглядный мрак. Оба воина видели лишь контуры его спины и необъятных плеч, которые порывисто вздымались и опускались в такт дыханию, проходящему меж стиснутых железных зубов с влажным урчанием. Как Кхарн ни напрягал улучшенное зрение, он не мог пронзить тьму, окутавшую силуэт отца: она казалась чем-то большим, нежели простым отсутствием света.

Советник швырнул мертвого геннца. Тело прошуршало в воздухе обрывками одежд и глухо стукнулось о растрескавшийся каменный пол, разметав безвольные конечности.

— Измена, старший! Регент планеты убит, а ее города заполонили вот такие механические чудовища, выдающие себя за людей.

В зале надолго повисло молчание, прерываемое лишь хриплым сдавленным дыханием повелителя.

— Тогда зачем ты пришел сюда и сотрясаешь понапрасну воздух? — раздался наконец раскатистый звериный рык.

Примарх XII легиона чуть повернул голову, продемонстрировав острый профиль с хищным оскалом. Кхарн успел разглядеть только матово поблескивающие кибернетические имплантаты, ниспадающие с головы отца подобно косицам, и нить слюны, свисающую с подбородка.

— Ты уже знаешь мой ответ. Убирайся и выполняй!

Кхарн выпрямился.

— Вы не пойдете с нами, отец? — Он быстро взглянул на Галана, но безучастное лицо апотекария ничего не выражало. — Вы не поведете свой легион в бой?

— Хр-ргх! — зарычал Ангрон и принялся яростно расчесывать голову. — Какой толк от тебя и твоих тонкокожих солдатиков, если мне приходится постоянно выигрывать войны за вас? — Он резко отнял руку от головы, и советник услышал, как о пол забарабанили капли крови.

— Функционирование имплантатов примарха разладилось, — мягко вмешался в разговор Галан. — Я занимаюсь устранением неполадок, но мне хватило времени изучить орбитальные снимки планеты, полученные нашим флотом, восьмой капитан. Образумить этих клятвопреступников не составит вам труда.

Кхарн поймал взгляд Галана и шагнул в его сторону.

— Он не желает сражаться? — спросил капитан, переходя на беззвучный шепот, который мог услышать только другой легионер. — Что происходит, Галан? Такое случалось только однажды, и ты помнишь, как все обернулось.