Эта будничные действия успокоили меня, и я задумался о том, для чего кому-то понадобилось оплачивать путешествие специалиста на Пекарь. Цена огромная, и мой благодетель должен многого потребовать в обмен. Компьютер челнока не дал достаточно информации, чтобы я мог ответить на этот вопрос, и я не стал запрашивать подробности о работе, чтобы не навести на след людей Джафари. Мне пришла в голову мысль, что кому-то на Пекаре нужно омоложение и я должен буду совершить его. Только морфогенетический фармаколог имеет лицензию на проведение омоложения. Откровенно говоря, я считал, что только этим может объясниться чье-то стремление оплатить мой билет.

Мысли отвлекли меня. Создание сотен компонентов лекарств и векторных вирусов потребует нескольких лет, это очень трудная работа. Но с деньгами Тамары и Эйриша я могу по пути купить уже подготовленное омоложение. Сейчас станция пуста, но обычно здесь можно встретить множество людей, богатых людей, которые направляются в такие места, где готового омоложения не найдешь; поэтому оно наверняка должно быть в здешних аптеках.

И даже если я ошибаюсь и омоложение на Пекаре сейчас никому не нужно, у меня будет сокровище, капитал, нечто уникальное для планеты, и я смогу разбогатеть.

За час до отлета корабля, когда я размышлял о том, каким богатым стану на Пекаре, кто-то распахнул дверь туалета и сказал: «Подождите меня». Он вошел негромко, и я сразу понял, что тут что-то не так. Неслышно достал оружие из медицинской сумки. Человек прошел вдоль ряда кабинок, открывая каждую дверцу. Подошел к моей кабинке и слегка нажал на дверь. Когда она не открылась, он вошел в соседнюю кабинку и помочился.

Потом вымыл руки. Я слышал, как шуршит его одежда.

Я стоял в туалете и пытался справиться с дыханием, пот струился у меня по лицу. С каждой минутой приближалось время отлета. Люди Эйриша ничего не теряют, дожидаясь моего появления. Человек принялся насвистывать, потом подошел к моей кабинке и постучал. В щели под дверцей я видел черные военные ботинки и серые брюки.

– Гомес, ты здесь? – спросил человек по-испански.

Во время пребывания в Майами я научился говорить по-английски почти без акцента.

– Простите, Я не говорю по-испански, – откликнулся я.

Человек тут же переключился на английский; в отличие от безупречного испанского, его английский отличался легким арабским акцентом.

– Не видели ли вы моего друга Гомеса? Пожилой человек, примерно шестидесяти лет, седеющие волосы. Он из Панамы.

Он описывал меня.

– Нет, не видел. Только что сменился и был в грузовом доке, – сказал я и ошибся в произношении слова «грузовом». Слегка поежился.

– Спасибо, – ответил он и пошел к выходу. Остановился. – Вы мне очень помогли. Я бы хотел поблагодарить вашу администрацию. Как вы себя назвали?

Вопрос невежливый, и я подумал, что подлинный гринго послал бы его к дьяволу, но я сообщил ему первое же пришедшее в голову имя.

– Джонатан. Джонатан Ленгфорд. – Так звали безумного философа, которого я знавал в Майами. Он поучал, что все болезни человека объясняются недостатком рептилий в его диете.

Человек, казалось, колеблется.

– Спасибо, Джонатан, – сказал он и вышел из туалета.

Куском туалетной бумаги я вытер пот с лица и понял, что совершил большую ошибку: у Эйриша здесь по крайней мере двое, и я упустил возможность убить их. Им остается только пройти к кораблю и подождать, пока я сам попаду к Ним в руки. Теперь они, вероятно на пути к кораблю. Я снова перенес Тамару в сундук, подложил медицинскую сумку ей под голову. Подтащил багаж к выходу из туалета, проверил коридор и двинулся прочь от доков, от поджидающих меня людей Джафари, – назад, к аптеке.

У магазинов было несколько человек – достаточно, чтобы я чувствовал себя в безопасности. Я следил за их лицами и ногами. Серых брюк тут ни у кого не было. Никто не обращал на меня внимания.

В аптеке работал автомат, я сделал заказ и выложил все монеты, чеки и кредитные карточки. Потратил почти все, но омоложение купил. Остановился у терминала компьютера и запросил информацию о работе на Пекаре. Терминал сообщил, что мой будущий наниматель – корпорация «Мотоки», хорошая японская компания; место работы – Кимаи-но-Дзи на планете Пекарь. Я предъявил удостоверение и запросил работу фармаколога. Компьютер несколько минут изучал историю моей жизни и работы, потом ответил: «Вакансия, которую вы запрашиваете, заполнена; ваша квалификация подходит для другой вакансии. Хотите ли получить дополнительную информацию?»

Я был ошеломлен. Кто еще мог согласиться на место морфогенетического фармаколога на планете, где для него вообще нет работы? Но я знал, что теперь выдал свое местонахождение всякому, кто захочет узнать о нем. Мне необходимо улететь на этом корабле. Я набрал команду: «Назовите вторую вакансию».

Компьютер ответил рекламным объявлением: «Наемник. Частная армия, второго класса. Корпорации „Мотоки“ необходимы наемники для участия в разрешенной Объединенной Пехотой ограниченной военной операции. Наступательное оружие не разрешается. Кандидаты должны быть людьми (генетические усовершенствования не должны превышать уровень, необходимый для размножения вида), с минимальным киборгизированием (23,1% по шкале Белла, никакого встроенного оружия)».