— Смерть, — закончил за меня мужчина и усмехнулся. — По законам Ордара, тебе не место среди их жителей. Ни твой титул, который ты имела, ни твое имущество, больше твоим не является. Вас же не просто изгоняют, вас лишают всего? В том числе родня отрекается.

Вот умел этот мужчина очень приятной наружности с отвратительной сутью внутри бить по больному месту!

— Говоришь, твои родители погибли? Следовательно, над тобой была опека, до двадцати двух лет ты не могла вступить в права наследования. А учитывая то, что ты сейчас здесь в жалком состоянии, никто и не собирался отдавать твое наследство. Людишки… постоянны в своих низменных желаниях.

— Я единственный ребенок герцога Александра тар Кальнесс! Мой сын должен унаследовать титул и продолжить род…

— Твой сын будет драконом и титул в каком-то людском городишке, его мало заинтересует. Или пойдешь по стопам матери? Лишишь своего ребенка знаний и сути?

Он говорил так, словно бы в моем чреве уже было дитя. Мне стало не по себе. Захотелось закрыться руками и заплакать. Я едва сдержала этот порыв, хотя губа предательски задрожала.

Вообще странная ситуация. Обстановка странная и все кругом — странное.

Сижу на земле, голая, завернутая в чужой плащ и рассуждаю о будущих детях. И с кем?! Так и до истерики не долго.

— Не имеет значения кем будут мои дети, — наконец выдохнула я. — Им решать, как распоряжаться наследством их матери. Возможно, кто-то из них и захочет взять фамилию деда и прославить его род. Но земли графства Этвор и земли герцогства тар Кальнесс — принадлежат мне по праву рождения.

— С первым могу поспорить, — не согласился дракон, — Мариэла не имела кровной родни в роду Этвор, это явная махинация и неизвестно добровольно ли почивший граф объявил чужестранку своей наследницей. Также земли находятся в Ордаре, не думаю, что их король с любезностью преподнесет тебе часть земель, относящихся к короне.

— Они мои. — Упрямо заявила я. — Там мои люди, родовая магия признала меня.

Ровно с моими словами по телу заструилась магия. Яркой и недовольной вспышкой прошлась от макушки до пяток. И угомонилась.

– И я сейчас не о твоей семье Марк. Я говорю об отце. Магия признала меня, и когда все случилось, не допустила родственников к управлению поместьем.

— Поэтому тебя и пытались убить, — пожал плечами мужчина. Марк почему-то не вмешивался в нашу беседу. Зато с каким-то нездоровым интересом поглядывал на своего старшего друга. — Впрочем, это не проблема. Ты хочешь эти земли? Считаешь их своими? Я верну их тебе.

— Что? — опешила я.

— Я верну тебе твое наследство. Земли Этвор, земли тар Кальнесс, вместе со всем, что там находится: скотом, людьми, прочей чепухой.

— Это плохая шутка, — выдавила я, на миг задохнувшись от гнева.

Кто он и кем себя возомнил? Думает, что имеет право издеваться? Я в ярости сжимала кулаки и почти разразилась гневной тирадой, когда была оставлена властным и уверенным тоном мужчины.

— Я не шутил. Если они нужны тебе, ты их получишь… В качестве первого свадебного дара.

— Что? — я поперхнулась и во все глаза уставилась на самоуверенного незнакомца.

— Ты прекрасно меня услышала, — невозмутимо ответил мужчина.

Я не была дурой. Нет, в какой-то мере, конечно, мы все глупцы, однако…

Что они там про жриц вещали? Мама такой была? И сбежала? А не из-под венца ли случайно?

— О, я поняла! — нервный смешок сорвался с губ. — Мама вас бросила, потому вы столь резкого мнения о ее умственных способностях. Мама не захотела быть вашей женой и сбежала!

Смех, увы, прекращаться не желал. Надо же, моя жизнь и без того была одним сплошным приключением, а теперь и вовсе тернистый путь, куда ни посмотри — везде колючки и шипы. Ничего, я всегда умела пользоваться садовым секатором. Мама еще в детстве научила, она любила возиться в саду.

— Ни за что! Слышите? Кем бы вам там ни были, какой бы статус не занимали, я не стану вашей женой. Невозможно быть с тем, кого боишься. А вы мне не нравитесь и пугаете! 

— Привыкнешь, — бросил он и медленно начал приближаться ко мне, остановился на расстоянии вытянутой ладони и прошептал, — ты так радеешь за наследие предков. Так вот твое второе наследство: долг матери, которая не пожелала его исполнить.

— Вы себя в зеркало видели? — я икнула, и сама не поняла от чего, то ли от страха из-за того, что его лицо вдруг чешуей покрылось, немного, но все же, то ли от истерики и смеха. — Я не отвечаю за сердечные раны, которые нанесла моя мама, отказав вам. У нее, знаете ли, много воздыхателей было. Предлагаете мне за каждого замуж выйти? У вас принято многомужство?

— Нет, — яростно выдохнул мужчина.

— Очень жаль, — ядовито отозвалась я. — Может тогда бы я и согласилась, вышла бы сразу за триста восемьдесят человек, и вас бы вообще не видела.