За ним тихо захлопнулась дверь.

Даниил вернулся в комнату, собрал в кучу вываленные братом диски, тетради, игрушки. Долго всматривался в их детскую фотографию: они счастливо улыбаются, смотрят в камеру доверчиво, наивно, открыто. Теперь понятно, почему Рома обратил внимание именно на этот снимок. Тогда их отец ещё не нажирался, как свинья, мать не плакала по ночам и не убивалась на двух работах, чтобы прокормить детей и мужа-алкоголика.

Былого не вернуть. Зато у него вновь появилась надежда на будущее. Надо только дожить до весны. Природа воскреснет, а брат рано или поздно обретёт душевный покой.

Даниил забрал с собой фотографию и покинул родительский дом.

Ксюша увалилась на кровать и набрала номер подруги.

– Привет, – услышала она расстроенный голос Аси.

– Что-то случилось? Это из-за Вовы?

– Да, – после затянувшейся паузы ответила Ася. – Всё сложно, прям как раньше статус в контактике ставили. А ты там как?

– Не переводи тему! Раз начала говорить, то продолжай, – возмутилась Ксюша.

– Ладно. Если вкратце – Вова тащит меня в койку, а я отбрыкиваюсь.

Этого Ксюша не ожидала. О сексе они с подругой почти не разговаривали.

– А не слишком ли быстро? – пробормотала Ксюша. – Вы же только недавно встречаться начали.

– Да в том и дело, – подруга тяжко вздохнула. – Не могу я так скоропалительно, без сильных чувств. Тупо, когда парень уламывает девушку на секс. Если есть взаимное влечение, всё само собой произойдёт.

– Ну да, какого фига он возмущается? – не зря ей Вова с первой встречи не понравился. – Он так прямо и сказал?

– Ага, ещё и попрекал меня тем, что я ломаюсь, как маленькая девочка. Я охренела, если честно.

– Так может послать Вовочку куда подальше с такими претензиями? – возмутилась Ксюша.

– Пока не знаю. Я ему вчера всё объяснила, он извинился и пообещал, что не будет настаивать. Вроде искренне раскаялся, оправдывался тем, что ему никто ещё так сильно не нравился.

– Попахивает дешёвым пикаперством.

– Вот и я так думаю, – согласилась Ася. – Но пороть горячку не буду, вдруг мы ошибаемся.

– Ты только поосторожнее с ним.

– Глупостей не натворю, не боись, – хмыкнула подруга. – А теперь рассказывай, как у тебя дела?

– Отличные новости: завтра я приеду, соскучилась по родимой общаге и по милым тараканчикам на кухне, – заулыбалась Ксюша.

– Ну слава яйцам, я тебя заждалась! – радостно воскликнула Аська.

– Сегодня бабушка мне прямо сказала, чтобы я возвращалась к студенческой жизни, потому что в нашем городе нечего делать молодым да свободным, – хихикнула Ксюша.

– Ну хоть кто-то тебя надоумил, две недели прошло. Кстати, у Даниила Владимировича в пятницу день рождения, мы всей группой поздравлять его будем.

– И?

– Мало ли, останешься после пары, вы поговорите, как нормальные люди.

– Ась, он так и не ответил на моё сообщение. Давай не будем это обсуждать.

– Как скажешь.

Попрощавшись с подругой, Ксюша в слепой надежде зашла на почту и опять не увидела ни одного входящего письма. Он просто отморозился. Как банально.

***

Ксюша недовольно посмотрела на себя в зеркало: чего-то явно не хватает. Под звучный Аськин смех она накрасила ресницы тушью. Триста лет не пользовалась косметикой, но ради практики Даниила Владимировича изменила своим принципам.

– А что наши будут дарить социологу? – спросила она по дороге в универ.

– Комикс, вроде, он на прошлой паре говорил, что любит DC. Лера заказала что-то в интернете, я не уточняла.

– Пока меня не было, Даниил Владимирович окончательно превратился в любимого препода? Чем он всех зацепил?

– Интересный, с чувством юмора, красивый, молодой, – пожала плечами Ася. – Да и практики он круто ведёт, мы обсуждали современные клише сериалов и фильмов, дискутировали по поводу массовой и элитарной литературы, он с удовольствием нас выслушивал, не спорил и не строил из себя самого умного.

– Да уж, я многое пропустила.

На практику пришло аж двенадцать человек, хотя раньше до последней пары доживала от силы половина группы. Немного сомневаясь, Ксюша всё же умостилась за первой партой. Да, слишком близко, но её так долго не было, она соскучилась по лукавым огонькам в глазах Даниила. И пусть внутри тлела обида, она всё равно собиралась открыто любоваться преподавателем.