Людям дважды казалось, что они сбили пламя, и дважды они убеждались в том, что ошиблись. Они не смели надеяться на победу до тех пор, пока не потушили огонь везде, кроме маленькой боковой конторы и складских помещений. Джонна не знала, что они одержали победу, пока не услышала радостные возгласы тех, кто находился ближе к огню. Однако она так устала, что даже не поняла значения этих криков. Она ошеломленно огляделась вокруг. Джонну бережно провели вдоль всей вереницы людей, тушивших пожар, и передали Декеру, стоявшему в начале цепочки.

— Все! — сказал он.

Его руки, обхватившие Джонну за талию, не дали ей упасть.

Джонна устремила взгляд на обгоревшие остатки своего склада. Она понимала, что ей еще повезло, поскольку уцелела хотя бы половина, однако особого счастья она сейчас не испытывала.

— Мне бы хотелось вернуться домой, — хриплым голосом проговорила она.

Декер отрицательно покачал головой:

— Позже. Сейчас я отвезу вас на корабль.

Джонна выпрямилась.

— Нет. Я не стану подниматься на борт.

Между тем цепочка рассыпалась. Те, что стояли в конце, теперь подходили ближе к складу, чтобы разглядеть плоды своих усилий. Собиралась толпа. Люди высказывали различные мнения о причине пожара. Декер и Джонна быстро оказались в самом центре собравшихся. Заметив Джека, пробирающегося сквозь толпу, Декер подозвал его к себе.

— Я отвезу ее на корабль, Джек, — сказал молодой человек. — Вы сможете здесь управиться?

Сняв шляпу, старый моряк вытер лоб рукавом, отчего на лбу у него остались полоски сажи. Он внимательно всматривался в лицо Декера, пытаясь понять, что тот задумал.

— Ага, — ответил он. — Смогу, сколько понадобится.

Декер кивнул:

— Джонна!

Она не ответила ему. Ее внимание было устремлено в сторону. Проследив за направлением ее взгляда, Декер увидел, что к ним приближается Грант Шеридан. Никто не обрадовался его внезапному появлению, особенно если учесть, что он был одет в безукоризненно чистый плащ и хорошо отглаженные панталоны. Хотя его привлекательное лицо и выражало заботливость и торопливость, на этом лице не было никаких следов пота или сажи.

Грант протянул руки к Джонне.

— Я заберу ее отсюда, — обратился он к Декеру. — Мой экипаж здесь.

— Только в том случае, если она сама пожелает. Вы желаете, мисс Ремингтон?

Джонне все труднее становилось сохранять ясность мысли. Она неуверенно переминалась с ноги на ногу и была очень благодарна Декеру за то, что он ее поддерживает. Она закрыла глаза и приложила пальцы к виску. Рука Декера крепче обхватила ее талию, и ей стало трудно дышать.

Она успела подумать, что нужно было бы спросить у Гранта, где он пропадал все это время, и упала в обморок.

Джонна медленно пришла в себя. Она вытянулась под толстым стеганым одеялом и приподняла веки. Того, что она увидела прищуренными глазами, было достаточно, чтобы она тут же спрятала лицо в подушку.

Корабль покачивался, убаюкивая ее, но не успокаивая. Сильная качка от встречных волн была непривычна для нее, но полностью объяснима. «Охотница» находится в открытом море.

Тихонько застонав, Джонна отбросила одеяло и села, ухватившись за край койки. Хотя пол колебался, она попыталась встать на ноги и почувствовала дурноту. Она закрыла глаза, но это мало помогло. Ужасная правда заключалась в том, что ее тошнило. Джонна бросилась к умывальнику, откинула крышку и достала таз. Она едва успела опуститься на колени и обхватить таз руками, ее тут же стошнило.

В этом унизительном положении и застал ее вошедший Декер. Появление его в этот момент было не случайно. Он знал, что Джонна, проснувшись, будет сбита с толку и растеряна, и поэтому поставил матроса у дверей каюты с наказом позвать его, как только Джонна пошевелится.

Он подождал, пока пройдет последний позыв к рвоте, и взял у нее таз. Затем налил воды в стакан и подал девушке.

— Прополощите рот, — сказал он, потому что она просто держала стакан в руке. Джонна подчинилась. Декер подал ей таз.

— Выплюньте.

Закрыв глаза, Джонна проделала и это. Пока Декер убирал таз, она обессиленно прислонилась к ножке койки.

— Я хочу домой!

Она сама еле расслышала этот неразборчивый лепет. Неудивительно, что Декер не обратил на эти слова никакого внимания.

— Ложитесь, — сказал он, опускаясь перед ней на колени. — Вы еще не приспособились к жизни на море.

— И не собираюсь.

Джонна не заметила улыбки Декера, вызванной ее слабым протестом. Она позволила ему поднять себя и усадить на койку. Не дожидаясь его указаний, она легла.