И тут она вдруг увидела его. Он был точно такой же, как его описывал Обри, и она удивилась, как это она его не заметила сразу. Нетрудно себе представить, как он будет великолепен в открытом море под распущенными парусами! Даже нагруженный, он выделялся своими высокими мачтами среди окружающих кораблей.

Не обращая внимания на пассажиров, сгрудившихся перед кораблем в ожидании приглашения на борт, Сильвия спешилась, привязала лошадь и бросилась к трапу.

Ей помешал спрыгнуть на палубу матрос с декларацией в руке.

— Не торопитесь, — сказал он, загородив ей путь другой рукой. — Пассажиры ждут, пока не будет принят на борт весь груз.

Сильвия окинула его ледяным взглядом.

— Я ищу вашего капитана, — сказала она. — Мистера Джонса.

— Сэр, — начал он, но, вглядевшись в ее лицо повнимательнее, неуверенно произнес:

— Мэ-эм?

— Я леди Сильвия Лейден, — сказала она холодно, высоко подняв подбородок. — И мистеру Джонсу очень не понравится, если вы заставите меня ждать.

Человек с декларацией стоял в нерешительности. Рука его дрогнула, и это дало Сильвии возможность спрыгнуть на палубу.

— Скажите, где я могу найти его?

Человек опустил декларацию.

— Прошу прощения, но мистера Джойса сейчас нет на борту.

— Тогда объясните, как мне его найти.

— Боюсь, что не смогу. Он не сказал мне, куда ушел, но обещал прийти с минуты на минуту.

Сильвии пришлось посторониться, потому что на борт стали грузить сундуки и чемоданы.

— Тогда я подожду, — сказала она тоном, не допускающим возражений.

Она подошла к корме и оперлась о плоскую деревянную обшивку. Вся ее поза однозначно говорила, что никому не удастся сдвинуть ее с этого места. Краешком глаза она заметила, что моряк собрался подойти к ней, но потом передумал. Он пожал плечами и снова поднял документ, проверяя по списку грузы, которые вносили на борт.

Ожидание показалось ей вечностью. Напряженно вглядывалась Сильвия в эту бурную картину портовой суеты, к которой она постепенно теряла всякий интерес, в волнующееся перед ней море голов. Ледяной озноб, про-низавший ее за минуту до того, как она нашла «Таинственный», привел ее в состояние оцепенения. Ее глаза беспокойно шарили по людской толпе, высматривая ярко-рыжую шевелюру Обри.

Наконец последние тюки и бочки были погружены, и пассажиров пригласили на борт. Сильвия чувствовала на себе любопытные взгляды, но даже не смотрела в их сторону. Если бы судьбе было угодно, она, возможно, и познакомилась бы с пассажирами «Таинственного», но она уже знала, что не поплывет вместе с ними.

Она первая заметила Обри. Его можно было и простить за то, что он не узнал ее в маленьком мальчугане, который бросился со сходен клипера прямо ему под ноги. Сильвия сделала почти то же самое, что и несколько дней назад: кинулась ему на шею и повисла, крепко сцепив руки. Но Обри заметил едва уловимую разницу в том, как она это сделала. В прошлый раз его двигала страсть, теперь это был ужас.

Не обращая внимания на веселые выкрики собравшихся на палубе, Обри крепко прижал ее к себе. Она подняла к нему лицо, и шляпа упала с ее головы, отчего волосы водопадом упали ей на плечи и спину. На борту «Таинственного» воцарилась ошеломляющая тишина.

— Сильвия, ты должна мне все объяснить.

Едва ли она сознавала, что дрожит. Обри поставил ее на землю и подтолкнул к трапу. Когда они были уже на палубе, он приказал команде продолжать работу и повел Сильвию в свою каюту.

Обри прикрыл за собой дверь, но прежде чем он успел сказать хоть что-нибудь из того, что пришло ему в голову при виде нее, Сильвия подняла руку.

— Сейчас не время ругать меня, — быстро сказала она. — Вы должны отвезти меня обратно в Уэйборн-Парк.

— Как раз это я и собирался сделать. Она продолжала, будто не слыша его слов.

— Обри, я видела его! Он здесь, в Лондоне. Это может означать только одно — он собирается вернуться в Уэйборн-Парк. Я не знаю когда, но знаю, что обязательно вернется. Капитану Торну может грозить опасность, если мы не предупредим его.

Обри взъерошил волосы своей огромной рукой и нахмурился.

— Кого вы увидели?

— Своего отца, конечно же!

Обри молча уставился на нее. Его милая, дорогая Сильвия не в себе!

— Я не сумасшедшая, — резко сказала она. — И с вашей стороны не очень-то хорошо так обо мне думать. Говорю вам — я видела его. Он шел по набережной вместе с Северном и еще одним человеком, которого я не знаю. Северн и мой отец разговаривали. Это был он. Клянусь!

Каюта Обри на «Таинственном» была совсем маленькая. Кроме постели и дорожного сундука, там были еще только стол и стул да настенный шкафчик с книгами и напитками. Обри налил в стакан виски и поставил перед Сильвией.