Всё же меня слегка обожгло, но не смертельно, слегка покраснела кожа и заболели глаза от яркого света. А потом пламя опало, оставив голый почерневший скелет. Я ожидал, что она полностью распадётся в прах, как это было с её детьми, но кости лежали целыми. А в грудной клетке, под рёбрами что-то блестело. Мелькнула мысль, что это серебряный наконечник от стрелы, но он блестеть не мог, было пасмурно, свет не может отражаться, если его нет. Я дотянулся и, сунув руку под рёбра, вытащил странный предмет, напоминающий кристалл размером с кулак. Собственно, это и был кристалл, который слегка светился изнутри, но я не мог сказать, какого он цвета. Под разным углом зрения он выглядел красным, потом синим, а иногда вовсе терял цвет, становясь прозрачным.

Сердце, это её сердце, подумал я, наверное, какой-то важный артефакт, что так любят маги и алхимики, и который можно продать за хорошую цену. Закончив рассматривать, я сунул кристалл в карман изорванной куртки. Поднял взгляд на своих, парни выглядели потрёпанными, но умирать не собирались. Женя обошёлся порванной одеждой и разбитой физиономией, а Морд сидел в луже крови, левая нога ниже колена была располосована когтями.

— Можно мне забрать её клыки? — спросил он слабым голосом.

— Можешь весь череп забрать, — великодушно сказал я. — Только перевяжись сначала, пока кровью не истёк. Женя, ты как?

— Я… — фармацевт растерянно осмотрел себя. — Вроде, в порядке. От заклинания получилось увернуться. Только уши болят и морду разбил, когда падал.

— Помощь оказывать можешь? — спросил я.

— Могу, — кивнул он.

— Вот и займись, всё-таки ты тут единственный медик.

Помощь потребовалась не только рыцарю, я и сам пострадал не меньше. Вампирша, хватая меня, смогла кое-где разорвать кольца кольчуги, когти проникли в тело, оставив глубокие кровоточащие раны. А там, где не было ран, остались огромные чёрные синяки, теперь, когда опасности больше не было, адреналин ушёл, поэтому я чувствовал всё, кости и мышцы болели так, словно меня часами избивали палкой, или я просто поднял вес, который поднять не мог. Но мои раны могли и подождать, у нас был человек, раненый куда серьёзнее.

Женя, хоть и был оглушён, как ни странно, пересилил себя и начал штопать Морда. Сил у него было мало, но с работой справлялся. Минут через двадцать его нога стала напоминать не кровавое месиво, а просто окровавленную ногу. На дезинфекцию ушли остатки спирта. Попутно пришлось вправлять вывихнутую кисть, рыцарь так старался рубануть мечом из неудобного положения, что вывихнул себе сустав. Вправили, туго перевязали и прописали покой.

— Кстати, Юрий Владимирович, ты ничего не заметил? — спросил Женя, заканчивая перевязки.

— А что я должен был заметить? — удивился я, тут же удивившись своей способности удивляться.

— Как ты двигался, ты ведь с бабой этой наравне бился, она только за счёт массы вывозила.

— Ну, я вообще драться умею, спортом в молодости занимался, — предположил я.

— Ну, с твоей колокольни это можно и не заметить, я мне со стороны виднее, двигался ты куда быстрее обычного человека, настолько, что уследить за движениями было сложно. Я это заметил ещё когда с мертвяками бились.

— И как ты это объясняешь?

— Экспа, местный апгрейд. Я тоже стал сильнее и быстрее, но не настолько, у меня и убитых на счету меньше, да и стартовые условия не те. К тому же старикан тебе амулет повесил.

— А твой где?

Он расстегнул на груди рубаху и продемонстрировал мне костяную пластинки.

— Вот и не снимай, — завещал я, укладываясь на одеяло.

А потом мы заснули, напрочь забыв об опасности. Любой болотный монстр мог подобраться и сожрать нас, не прикладывая никаких усилий. А мы спали. Рука моя покоилась на револьвере, но патронов в барабане не было, а я об этом забыл.

Болота закончились вечером следующего дня, опять же, вечером условным, я старался отмерять время по своим часам, но ситуация вносила коррективы, а местное солнце было с характером. Конкретно этим вечером только начинало вставать солнце.

Тропа, что, извиваясь, как змея, проглотившая спираль, наконец, вывела нас на приличных размеров сухую площадку. Я решил, что это просто очередной остров, а значит, здесь можно сделать привал. Ещё и деревья есть, которые можно срубить, развести костёр и высушить вечно мокрую одежду. Но Женя тут же начал заглядывать дальше. Выяснилось, что тумана почти нет, воздух стал относительно свежим, а за деревьями впереди имеется просвет, как будто там открытое место. Обо всём этом он немедленно доложил мне.

— И что это значит? — спросил я.

— Да, бес его знает, — он пожал плечами. — Но, думаю, если пройти вперёд ещё метров сто, узнаем много нового.

— А если не узнаем?

— Вернёмся назад, всего делов.

Пришлось снова взвалить на себя тощий мешок, а заодно подхватить Морда. Рыцарь постоянно порывался идти самостоятельно с помощью палки, заменяющей трость, но получалось у него куда медленнее, чем с нашей помощью, к тому же, на раненую ногу волей-неволей приходилось наступать, отчего раны начинали кровоточить, а запасных повязок не было. Удивительно, что в этой сырости ещё воспаление не началось.