— Тоже умрёт, но чуть позже.

Мужик выглядел плохо, стрела пробила шею насквозь, даже сейчас кровь текла рекой, лицо его побледнело, а сам он часто дышал. Сразу видно: не жилец.

Решив не зверствовать, я взвёл курок револьвера и выстрелил ему с голову. Зря, наверное, пуля вырвала из черепа приличный кусок, а на крыльце образовалась лужа крови.

— Зачем патроны палишь? — упрекнул меня фармацевт. — Зарезали бы и дело с концом.

— Так гуманнее, — отмахнулся я. — Давай, за руки, за ноги, понесли.

Таскать пришлось нам вдвоём, Морд, по причине раненой ноги, для такой работы не подходил. Впрочем, можно надеяться, что он поправится, мы как раз собирались отсидеться в этом доме некоторое время. Трупы мы оттащили за ограду и свалили в сточной канаве, придумывать что-то ещё не было сил.

После этого вошли в дом, предварительно собрав разбросанные у входа вещи. Дом впечатлял, полы из тёмного дерева, по стенам лепнина, а на окнах тяжёлые бархатные занавески. Первым делом, естественно, мы втроём отправились на кухню. Продукты нашлись. Пара засохших караваев, всё та же солонина, колбасы и бекон, сохранившиеся благодаря качественному копчению, а ещё солёная рыба неизвестной породы, немного напоминающая треску. Ещё нашлась мука, макароны и крупа. Я немедленно посадил личный состав за стол, где, как я понял, кормилась прислуга, а сам поставил на огонь котелок, куда налил воды и принялся варить кашу с мясом. Дрова имелись в достаточном количестве, нам точно хватит на неделю. А они пока могли заморить червя рыбой и сухарями. Потом обследуем остальные дома, где тоже есть съестное. Должно быть.

Пока вода закипала, я отправился обследовать дом. Хозяин, само собой, был человеком непростым. Так и вышло. На втором этаже нашёлся личный кабинет, где в шкафу висела военная форма. В знаках различия этой армии я ничего не понимал, но явно не ефрейтор, что-то на уровне полковника. Форма была увешана наградами, которые меня не заинтересовали. Зато размер был почти мой. Если снять все побрякушки и отпороть погоны с нашивками (нашивки явно за ранения, а их целых семь), то пригодится. Военная форма, даже парадная, изготавливается рациональными людьми, так, чтобы солдату и офицеру было удобно воевать. Насчёт качества ткани я вовсе не волновался, старшему офицеру точно говно не подсунут.

Но форму я пока отложил в сторону. Меня интересовало другое: оружие. Женя очень к месту упомянул истраченный патрон, всего их осталось два, а взять негде. Вот если бы торговец сюда пришёл… А у офицера должно быть оружие, табельный револьвер, думаю, эпоха тут подходящая.

Поочерёдно взломал все ящики стола. Нашёл уйму бумаг, кошелёк с купюрами, где нашлись несколько серебряных монет, потом позолоченный письменный прибор и почему-то носовой платок с застарелыми следами крови, видимо, личная вещь офицера, напоминавшая ему о былых ранениях. Оружия не было. Я вернулся назад, подобрал ружьё, что так и лежало в проходе. Неплохо, двенадцатый калибр, как и у меня, длинные стволы. Нажал на рычаг, переломил. Заряжено. Вынул два патрона. Бумажные гильзы, относительно новые, а что внутри — неизвестно. Пришлось вскрыть один. Крупная дробь, ну, или мелкая картечь, миллиметра четыре-пять. Сойдёт. Я воткнул пыж на место и убрал патроны в карман. При желании можно использовать и в моём ружье, вот только порох, скорее всего, дымный, не факт, что автоматика сработает.

Отчаявшись найти револьвер, я отправился по комнатам, разыскивая другие полезные предметы.

Вечером, когда относительно вовремя стемнело, мы сидели у камина в главном зале, сытые до тошноты, и попивали хозяйский бренди из больших хрустальных фужеров. Я старательно начищал ружьё, доставшее в качестве трофея. Оружие отличное, вот только патронов нашёл всего шесть, немного, а ради этого придётся таскать с собой ружьё, заряжать этими патронами помпу я не решился, автоматика легко могла ими подавиться. Морд заметно ожил, еда и отдых пошли ему на пользу, сейчас он сидел расслабленный, откинувшись в кресле и положив больную ногу на специально поставленный табурет. Среди прочего, в доме нашёлся и перевязочный материал, получилось промыть раны и наложить свежие повязки.

— Итого, что имеем с гуся? — спросил Женя, сделав глоток крепкого напитка.

— Ружьё, — сказал я. — Патронов мало, но всё равно возьму. Короткоствол не нашёл, но нужно ещё в других домах посмотреть.

— А в плане шмоток?

— Себе нашёл офицерскую форму, погоны отпорю, буду носить. Сапоги поищу в другом месте, эти оказались малы, можешь на себя прикинуть.

— Рыцаря бы приодеть, — заметил фармацевт. — А то он весь обносился.

Парень в самом деле выглядел, как бомж, его тряпки даже стирать не стали, просто выбросили, а теперь он сидел в хозяйском махровом халате, под который надел пижаму.

— Время есть, — отмахнулся я. — Планирую посидеть здесь неделю, пока Морд не поправится, а потом пойдём искать караванную дорогу. Если нас возьмут с собой — хорошо, если нет — просто спросим, в какую сторону идти. А за неделю мы тут все дома обойти успеем, одежда точно найдётся.

— Неделю… — задумчиво проговорил Женя, явно хотел сказать что-то ещё, но промолчал.

— Интересно, — сказал я, — а как мы будем отбирать меч? Просто попросить будет недостаточно, а отобрать на территории оазиса невозможно. Если только украсть.

Женя отхлебнул из бокала и с чувством продекламировал:

Отдавай мне, Драша, меч,

Нехуй его беречь.

Он тебе и в хуй не впился.

Понимаешь мою речь?

— Было бы неплохо, — согласился я, узнав отрывок из популярного когда-то произведения.

Тут в дверь постучали. Хотя нет, это был не стук, тем более что на двери имелся специальный бронзовый молоток. Кто-то скрёбся снаружи, пытаясь открыть дверь. Мы предусмотрительно вставили мощный стальной засов. Правда, есть ещё окна, но, если их начнут выбивать, мы услышим.