Он также надеялся, что она не устроит ему сцену, когда он скажет, что с этого момента на райдере будет ездить только его задница.

Джонни остановился и повернулся к брату, который остановился вместе с ним.

— Ты знаешь, что я рад тебя видеть, так что мне не нужно этого говорить. Хотя я все равно хочу знать, почему ты здесь.

— Звонил Брайс. Сказал, что Шандра вернулась в город, — ответил брат.

Только не это дерьмо.

— Тоби… — начал он.

Тоби покачал головой.

— Я просто беспокоился о тебе, Джонни. Она вернулась, почти в годовщину того дня, когда мы потеряли папу, я решил устроить тебе приятный сюрприз, приехав, и, может быть, взять на рыбалку, убедиться, что с тобой все в порядке. Я добрался до мельницы, но тебя там не оказалось. Решил заглянуть в «Дом», скоротать время за пивом и крылышками, пока ты не вернешься. В «Доме» получил нагоняй.

Джонни мог поспорить, что так оно и было.

— И там тебе рассказали об Из, — предположил Джонни.

Тоби ухмыльнулся.

— Мне много чего рассказали. В том числе, где она живет. Не думал, что попаду в драму. Подумал, покажусь здесь и расскажу тебе все, а если тебя не будет, заценю новенькую.

Джонни вздохнул.

Тоби улыбнулся и спросил:

— Брат, лесная нимфа появится и спляшет для нас позже, или как?

— У Иззи есть свой стиль, — пробормотал Джонни.

— Не мог этого не заметить, — ответил Тоби, все еще ухмыляясь. — А также не мог не заметить то платье, что на ней. Мне бы тоже удалось пережить кристаллы, свисающие с деревьев, если бы моя женщина носила такое платье.

— Ты не мог не заметить платье, но с этого момента, как насчет того, чтобы держать рот на замке о подобном дерьме? — предупредил Джонни.

Тоби не совсем внял его предупреждению.

— Тогда, может, поговорим о том, как ты прижимаешь ее к стене? — спросил он.

— Нет, — рявкнул Джонни.

— Ты вернулся, — сказал Тоби и внезапно замолчал.

— Что? — спросил Джонни.

— Вот что мне сказали, — объяснил Тоби. — В «Доме». Мне сказали, что ты вернулся, и я это вижу. Тебя снова что-то волнует. Ты заботишься о ней. Заботишься о ее сестре. Думал, ты свернешь шею тому засранцу. С тех пор как папа умер, а Шандра ушла, ты ходишь на работу, делаешь свое дело. Возвращаешься на мельницу. Ходишь на рыбалку, в основном, по привычке. По этой же причине отправляешься в поход. Но ездил ли ты на квадроцикле за эти три года?

— Возможно.

Тоби покачал головой.

— Еще до того, как мы потеряли папу, эта женщина знала, что ты уже на коленях, и все равно… она выпотрошила тебя, и теперь ты усердно работаешь, усердно играешь свою роль. Но у тебя были планы открыть больше автомастерских. Ты хотел вернуться на Гавайи. Хотел съесть пиццу в Италии. Ты покидал Кентукки с тех пор, как Шандра уехала?

— Да, ездил в Теннесси, чтобы вытащить твою задницу из той передряги, когда какая-то женщина угнала твой грузовик, — напомнил ему Джонни.

Тоби проигнорировал это.

— Ты отвезешь эту девушку в Италию?

Безусловно, если бы Иззи захотела.

— Она милая, застенчивая, забавная… — начал Джонни.

— Она умеет обращаться с кристаллами и хороша в платье, — подколол Тоби.

На этот раз Джонни проигнорировал Тоби и скинул на него здоровенную бомбу:

— И Марго ее любит.

— Святой Христос, — сказал Тоби, выпучив глаза. — Шандре потребовалось два года, чтобы завоевать Марго. И ей никогда не нравилась ни одна женщина, с которой я встречался.

— Это потому, Тоби, что ты не встречаешься. Ты спишь с женщинами, пока им не надоест твоя неспособность решиться на что-то вроде, ну, не знаю… свидания. Затем они дают тебе пинок под зад, и ты двигаешься дальше, будто не провел два, три, четыре месяца, тратя их и свое время впустую. Будто ты, в принципе, не провел с ними два, три, четыре месяца.

— Никто из них не жаловался, — возразил Тоби.

— Ты этого просто не слышал, — сообщил ему Джонни. — Но в городе ты известен как «Тоби-поматросил-и-бросил».

— Ни одной женщине я не давал никаких обещаний и не скрываю, какой я есть, так что им не на что жаловаться, — парировал Тоби, уже не в шутливом настроении. — Теперь я хочу знать, как разговор перешел на меня, когда мой брат, который так любил свою бывшую, что не мог о ней забыть, теперь прохлаждается на заднем дворе женщины, в чьей конюшне стоит конь Бена, твоего лучшего друга со второго класса. И даже Салли, чья сестра была лучшей подругой Шандры, и, насколько я знаю, все еще ей остается, говорит о том, какая эта Элиза потрясающая.