— Добрый день, — я не стал протягивать руку, очевидно заставая не самый удачный момент.

— Детектив, — мясник широко и, на удивление, приветливо улыбнулся. — Какими судьбами?

Он переминался с ноги на ногу, поигрывая топором в огромной ручище. Поврежденная мышца руки заныла, напоминая о себе. Я вдруг подумал, что пока мои раны свежи, особенно эта, физическое преимущество будет на стороне потенциального противника. Конечно, в случае опасности я буду биться изо всех сил, но надолго ли меня хватит, и как быстро разойдутся швы?

— Возможно вы обладаете какой-то информацией, сами того не подозревая.

— Информацией? — Сэм сдвинул брови, будто я сказал несусветную глупость.

— Могли видеть что-то. Вы или ваш отец, — я осмотрелся в поисках вечно брюзжащего старика.

— Я вожусь тут с хозяйством, курями и хряками, — он с размахом и необычайной силой воткнул топор в колоду. — Мне некогда смотреть, что там у кого.

Гигант потопал к гуляющей стайке куриц, чавкая резиновыми сапогами по грязи.

— Вы были знакомы с Валери Эванс? — пришлось крикнуть, заглушая крики бросившихся врассыпную птиц.

Сэм не отвечал, нелепо переваливался с ноги на ногу, догоняя одну из куриц. Они с кудахтаньем бежали прочь, смешно дергая головами. Наконец мясник на удивление ловко схватил одну из них за шею. Птица задергалась, цепляясь лапами за воздух, крылья беспомощно трепетали, с хлопками стуча по откормленным бокам. Он с таким же чавканьем утопающих в грязи сапог вернулся ко мне.

— Валери-то? — Сэм ловко перехватил топор. — Знал, кто ж ее не знал. А почему спросили? — совершенно наивно поинтересовался мясник.

— Устанавливаю круг общения жертвы.

— Круг, — повторил он.

— Да. Вы можете сказать, что общались тесно?

— Валери с девчонками дружила. Мы, мальчишки, всегда сами по себе были, — Сэм пригвоздил курицу к колоде. — Я в бабские дела не лезу.

Птица билась, выкручивая шею и жалобно хрипя. Сэм с легкостью махнул топором, лезвие со свистом рассекло воздух, куриная шея хрустнула, голова с закрытыми глазами отлетела в сторону. Откуда-то выскочила здоровенная белая собака с испачканной землей шерстью и схватила куриную голову, с треском раскраивая череп зубами. Тело птицы, лишенное головы, стекло с колоды на землю. Когтистые лапы задергались, и тушка начала метаться из стороны в сторону. Из отрубленной шеи сочилась кровь, стекая по белым перьям. Пес с мордой, перепачканной кровью и мозгом птицы, облизывался, рассматривая безголовое существо. Он пару раз громко гавкнул на тушку и улегся рядом.

Сэм тюкнул курицу обухом, она обмякла, после чего мясник швырнул ее в пластиковый ящик ко второй.

— Значит, вы были знакомы с детства? — я осторожно выпытывал подробности его жизни.

Мясник, натужно пыхтя, наклонился и поднял ящик с тушками.

— Наши матушки учились в одном классе, — крикнул он, целеустремленно следуя к сараю.

Я шел следом, обдумывая полученную информацию, которая, в общем-то, не стала для меня новостью. Родители троицы друзей и мать погибшей Валери одного возраста. Город маленький, следовательно, они все с большой долей вероятности ходили в один класс и дружили.

— Билли Беккер тоже был вашим другом?

Мы зашли в прохладный, пахнущий сыростью сарай. По периметру тянулись полки, заваленные различным хозяйственным инвентарем, на полу валялись остатки перьев от предыдущей обработки птицы. В дальнем углу рядом с небольшим столом из необработанного дерева стоял перекошенный деревянный стул. На поверхности стола была навалена груда потертых, засаленных тканей, среди которых выглядывала довольно узнаваемая швейная машинка марки «Зингер». Черный лак на рукаве машинки облупился, декоративная позолота и вовсе позеленела и местами стерлась. Платформа из некогда светлого дерева заляпана так, что вряд ли ее когда-то удастся отреставрировать.

— Мы дружили в школе, — подтвердил мои догадки Сэм.

Он взял с полки дрель и диковинную круглую пластиковую насадку, на которой располагались черные резиновые «пальцы».

— Вы пользуетесь швейной машинкой? — я перевел взгляд обратно на стол в углу.

— Если нужно зашить рабочую одежду, — пробасил мясник. — Это машинка моей матери.

Он нажал на кнопку, дрель в его руках пару раз взвизгнула.

«Значит пользоваться ей он умеет».

— А в последнее время вы общались с Беккером? — я все не сводил глаз со швейной машинки, так не дававшей мне покоя.

Сэм умеет шить, но обстановка слишком грязная, на лентах остались бы следы. А наш убийца аккуратен, ни ДНК, ни каких-либо других следов.

— Нет, — мясник ловко надел насадку на дрель. — Мы поступили в колледж, а он остался здесь. И как-то это... — он махнул прибором в руке, — того. Короче, не общались потом.

Сэм закрепил дрель на столе, похоже, место было специально предназначено для ощипывания птицы. Перехватил одну из тушек, включил прибор и поднес ее к бешено вращающейся насадке. Резиновые «пальцы» стали с силой сбивать перья, разметывая их в разные стороны.