— Давай, вот дверь — указывает на право.

Раскрываю дверь, Дима подъезжает к порогу, он не переедет его. В ванной стоит два табурета. Один у раковины, второй у ванны.

Дима перетягивает себя на табурет. Обхожу его и открываю кран в раковине.

— У тебя где аптечка?

Он открывает шкаф над раковиной. Аптечка на верхней полке.

Достаю и раскладываю всё на стиральной машинке. Дима в это время моет руки и шипит.

— Подожди — присаживаюсь на край ванны и беру его руку вытаскиваю из-под струи — сейчас промоем.

Ладонь ободрана хорошо. Беру перекись и проливаю сначала рану.

— Потерпи.

— Не больно, Лин.

Он ведь мог расшибиться сегодня.

— Зачем ты поехал по лестнице, ты мог покалечиться.

Усмехается.

— Я и так калека Лин, куда уж больше то. Я боялся, что ты уйдёшь — смотрит так пронзительно.

— А я за тебя, когда увидела, что ты перевернулся.

— Мне вообще пофиг было, хотел тебя догнать.

— Прости, что не остановилась. Я подумала, что ты опять мне гадости наговорить хочешь.

— Дурочка, да я места себе найти не мог, когда правду узнал. Приехал к тебе, а ты съехала. Я вообще не знал, где тебя искать.

— Да если бы я приехала на полчаса позже мы бы не встретились. А ты всё же решил досмотреть видео? Как ты узнал правду?

— Руслан с утра просветил, что поступил с тобою плохо вчера, ну и слово за слово я показал ему видео, а он обсмеял меня. Вот тогда я и понял, как сглупил и не убедился во всём. Прости меня, за мои слова, я пытался сделать тебе больно, так же как было больно мне видеть и понимать всё это.

— Я понимаю. Давай попробуем забыть это всё, если получиться — начинаю промокать бинтом перекись с ладони и вычищать грязь, что забилась в ранки.

Дима морщиться, шипит, но не говорит ничего.

Промыв одну руку и перебинтовав, преступаю ко второй. Там больше грязи попало в ранку.

— Я теперь даже самостоятельно передвигаться не смогу — возмущается Дима — из-за рук — когда перематываю вторую ладонь.

— Ну через пару дней затянуться.

— Блин- раздосадовано.

— Ну покатаю тебя пару дней, не переживай.

— Лин, мне так стыдно, что тебе приходится нянчиться со мною.

— Ничего — стягиваю с него шапку и прихожу в ужас.

У него висок пробит.

— Дим, у тебя висок пробит.

— Ну да я на эту сторону приземлился — он смотрит в зеркало — а я думаю, что башка болит.

— Может в больницу?

— Нет — он тянется к перекиси.

— Давай я — промокаю бинт перекисью и тихонько протираю висок.

Господи это надо было умудриться так упасть.

— Никогда больше так не спускайся, Дим.

— А ты не убегай — улыбнулся хитро так.

Кровь вроде подсохла. Решила больше не тревожить рану на виске.

Обработала щеку и подбородок.

— Красавец ты у меня — говорю, укладывая всё в аптечку.

— Спасибо — скромно улыбается и перебирается в кресло.

— Ты голоден?

— Да я со вчерашнего дня ничего не ел — пытается крутить колёса — не лезло ничего.

— Давай я — подхожу к нему — на кухню?

— Я бы полежал, голова кружиться чего-то.

Неужели сотряс?

— Идём — качу его в зал.

Расстилаю диван, и он перебирается на него.

— Я посмотрю, что можно приготовить — говорю ему.

— Хорошо — слабо улыбнулся и прикрыл глаза.

Из него словно все силы выкачали.

— Ты как себя чувствуешь? — подхожу к нему.

— Лучше не бывает — он берет меня за руку — я так рад, что ты не ушла.

— Я больше не уйду от тебя — наклоняюсь к нему и легонько целую его в губы.

— Спасибо — он так счастливо улыбнулся.

— Отдыхай — прикрыла его пледом — я скоро.

Он кивнул и закрыл глаза.

Пусть отдохнёт.

Прохожу на кухню и смотрю, что можно приготовить. Но у него почти нет продуктов. Ведь он всё время жил у меня практически.

Решаю заказать доставку не хочу оставлять его ни на минуту.

Оформляю доставку и заглядываю в зал.

Дима заснул. Он такой расслабленный и спокойный. Не хочу его будить. Вспоминаю про букет цветов. Ключи у меня с собою, пора вернуть их домой.

Стараясь не шуметь выхожу из квартиры. К счастью новые хозяева оказались дома и отдали мне мой букет. Он почти не повял. Вдохнула аромат и вспомнила как Дима волновался, когда отдавал его мне. Такие тёплые чувства возникли в груди.