Я охотно подчинился, открыв рот. И потерялся в этом поцелуе. Был поглощен им.

Я не мог не целовать ее, не мог не вложить всего себя в этот поцелуй. Я зарылся руками в ее волосы, прижал Мару ближе, и она перекатилась ко мне, скользя руками по моей спине, заднице, и прижимаясь ко мне бедрами.

Жар опалил меня от страсти нашего поцелуя, желание усиливалось новым желанием. Я был словно живой провод, взрыв осколочной гранаты, сосредоточившийся на прикосновении губ к губам, живота к животу, бедер к бедрам, рук к коже и сплетающихся языках. Я потерял дыхание и нашел его в ее легких, потерял способность думать, действовать или двигаться, и нашел его в изгибе ее бедер и прикосновениях ее рук по всему моему телу. Все мое внимание было сосредоточено на ней, на этой женщине, в этот момент загипнотизированный ею, втянутый в нее. Я не мог дышать, но мне этого и не нужно было, ведь Мара была всем дыханием, в котором я нуждался, прижавшись к ее губам своими.

– Зейн… - выдохнула она.

– Мара, - я отстранился, не сводя с нее глаз.
– Что происходит?

– Я не… не знаю, - прошептала она, а затем прижалась губами к моей щеке, подбородку, скулам, целуя мое лицо с безумным рвением, вызывая у меня судорожные стоны от влажного, теплого блаженства ее губ и нежности поцелуев.
– Но я не хочу останавливаться.

– И я.

Мы лежали на боку, лицом друг к другу и переплетя ноги. Мой член болел, дрожал, пульсировал от острой необходимости. Я чувствовал каждый сантиметр тела Мары, который прикасался ко мне: ее груди были прижаты к моей груди, руки она обвила вокруг меня, блуждая то по всей их длине, то по бедрам, то по плечам, лаская ладонью мои волосы и дразня мое ухо, затылок и спину.

Мара так сильно прижалась ко мне, что между нами не смогла бы втиснуться и молекула. Буквально мгновение спустя она перекинула ногу через мое бедро, ладонью сжала мою ягодицу и прижалась еще ближе.

– Зейн, - Мара уткнулась лицом мне в шею, тяжело дыша.
– Ты мне нужен.

Я вдыхал аромат ее волос, моя рука покоилась на ее бедре.

– И ты мне нужна.

Мара изогнулась, прижимаясь ко мне. Я не удержался и очень сильно впился бедрами в нее, и почувствовал, как ее киска влажно скользит по моему члену.

– Боже… Зейн… - В том, как она произнесла мое имя, едва улавливался всхлип.

Поворот бедер - и я ощутил, как она открылась для меня, почувствовал ее влажное тепло, приветствующее меня. Я застонал в ее волосы, когда толкнулся внутрь, обнаженный и подрагивающий.

Мара застонала вместе со мной, прижимаясь ко мне всем телом, содрогаясь, когда я погрузился в нее до упора, мы стали словно одно целое, и она обхватила ногами мой торс. Я перекатился на спину, усадив Мару на себя, и она, опустившись на мой член, стала покрывать мою грудь поцелуями, выгибаясь и двигая бедрами, проталкивая меня все глубже и глубже. Я схватил ее за бедра, затем отпустил, потому что настолько сильно у меня никогда не дрожали руки, даже до боя. Я провел пальцами по ее позвоночнику, вверх по спине, пока не добрался до шеи, а затем скользнул руками в ее белокурые волосы.

Мара подняла голову и впилась в меня взглядом, словно лазером, заставляя меня отвести взор и прервать момент, принуждая остановить происходящее. Единственное, что я сделал, - приблизил ее к себе и поцеловал, возобновляя бездыханное исступление нашего предыдущего поцелуя, только в этот раз страсть и потребность удвоились, ведь я был погружен в Мару по самые яйца, а она сжимала мой член киской.

Когда я скользнул в ее рот языком, Мара застонала, и начала двигаться. Сначала медленно, но потом, когда одно мгновение сменило другое, она зарычала в поцелуе и стала двигаться быстрее. Она сжимала мое лицо руками, ее язык неистово танцевал с моим, и она вращала бедрами все быстрее и быстрее.

В глубине моего сознания что-то шевельнулось, но я не мог ухватить эту мысль. Все, что я понимал, была Мара, ее губы на моих и задница, касавшаяся моих бедер, когда она двигалась на мне сверху. Я двигался вместе с ней, сжимая ладонями тяжелые тугие полушария ее идеальной попки, поощряя ее движения, притягивая ее к себе, сжимая пальцами шикарные формы. Я ощутил жар ее рта и почувствовал, как ее киска в пульсирующем ритме сжимается вокруг меня.

Она контролировала момент. Сама двигалась и извивалась на мне. Все, что я мог делать - двигаться вместе с ней, толкаться навстречу ее толчкам.

Хриплый стон сорвался с ее губ, и мы двигались синхронно, толчки становились все более дикими, более жесткими, Мара задавала темп. Быстрее, быстрее… ее стоны не прекращались, киска туго скользила по моему члену. Мара прижалась к моей груди лбом, затем оттолкнулась, выгибая спину и плотно прижимаясь к моим бедрам своими, чтобы удержать мой член глубоко внутри себя. Она стала вращать бедрами и опустила пальцы между ног, касаясь клитора. Я продолжал двигаться, продолжал толкаться, хотя был прижат к ее лону настолько глубоко, как только мог, ощущая ее руку между нами, ласкавшую клитор.

Ее стоны стали неровными, превратились во всхлипы, а затем в задыхающиеся крики, она стала быстрее и жестче двигать бедрами.

– Зейн… Боже, Зейн… Я…

Она даже не смогла закончить фразу, но я знал это и так. Боже, знал. Я это ощутил, прочувствовал, как ее тело сотрясла дрожь, ее киска плотно сжала член. В момент кульминации, она отпустила руку и отдалась на волю ощущений того, как я исступленно довел ее до оргазма.

Ее стоны, вдохи, звуки, издаваемые киской, когда та сжимала мой член, ее тело, прижатое ко мне, под моими ладонями, надо мной, казалось распаленным шелком, вибрировало…