Миссис Кингсли взглянула на Зейна.

— Как вам круиз, Зейн?

Я решила стиснуть зубы и сделать разговор более интересным, поэтому ответила прежде, чем это успел сделать Зейн.

— О, нет, корабль моего друга уже отплыл примерно час назад. Она живет в Сиэтле.

Миссис Кингсли покраснела и начала складывать пустые тарелки, поскольку гости уже закончили ужин.

— Ох, я поняла. Итак, ты и твой парень…

Я подмигнула Зейну, который ухмыльнулся, перед тем как откусить свой стейк.

— Мы с Зейном встретились недавно. Мы знакомы друг с другом где-то… два дня примерно?

Зейн пожал плечами.

— Да, примерно столько. Возможно чуть больше. Все как-то смешалось в последнее время, если вы понимаете о чем я.

Мисисс Кингсли закашлялась в возмущении.

— Ох, понятно. — Она взглянула на Зейна, все еще пытаясь спасти наш разговор. — А откуда вы?

С деликатностью, которая, я думала, Зейну не присуща, он отпил вина из своего бокала.

— Я из Кетчикана. Родился и вырос там.

Неожиданно мистер Кингсли сузил глаза и сжал челюсть.

— Я знал твоего отца. — Он забрал у своей жены тарелки и направился в кухню.

Зейн кивнул.

— Это неудивительно. Много кто знал моего отца. Мимо такого человека сложно пройти мимо.

— Мне жаль, что он покинул нас.

Зейн кивнул.

— Да, мне тоже.

— Мои соболезнования, — сказал мистер Кингсли и затем отправился на кухню, по-видимому, больше не планируя участвовать в разговоре.

— Я слышала, что вся семейка Бэддов вернулась в Кетчикан, — сказала миссис Кингсли и затем нахмурилась от своей фразы и пояснила. — То есть ты и твои братья.

Зейн рассмеялся.

— Мы действительно семейка Бэддов, миссис Кингсли. Фамилия действительно подходит нам, как бы мы это не пытались отрицать.

Миссис Кингсли неловко переступила с ноги на ногу, вероятно жалея о том, что начала этот разговор.

— Да, так… твои старший брат, Себастьян, неплохо постарался над тем, чтобы бар твоего отца не закрылся.

— Да, постарался. — Сказал Зейн, закончив свой ужин. — И сейчас мы все восьмеро вернулись в Кетчикан. Все уже взрослые. Последний раз, когда мы все жили под одной крышей, половина моих младших братьев были еще детьми.

— Восьмеро, — сказала миссис Кингсли так, будто до нее только сейчас дошло, что это значит, — О боже.

— Да, именно, — засмеялся Зейн, — Я бы вам порекомендовал не выпускать ваших внучек из комнат, если они снова приедут вас навестить. Они выросли настоящими сердцеедками, а Канаан и Корин примерно их возраста.

— Думаю, стоит сменить тему, — сказала Миссис Кингсли, выйдя в кухню.

Зейн снова засмеялся.

— Это просто шутка. По большей части. — Он встал и протянул мне руку. — Ты готова, красотка? Фильм через тридцать минут начинается.

Я встала.

— Спасибо вам за ужин, мистер и миссис Кингсли. Было очень вкусно.

— Не стоит благодарностей, дорогая. Повеселитесь. — Она повернулась, чтобы послушать, о чем спорит австралийская парочка.

На улице солнце уже начало клониться к закату. когда мы вышли, дул прохладный ветерок, было тепло, но не жарко. Зейн взял меня за руку, и мы не спеша пошли в центр.

Я взглянула на него.

— И что это было? Я про Кингсли.

— Просто решил подшутить над ними и все.

Я нахмурилась.

— И в чем состояла шутка?

Он пожал плечами.

— Наша мама умерла одиннадцать лет назад. Это было неожиданно, какой-то вид рака, который поражает быстро и сильно, никто ничем не мог нам помочь. Из-за этого отцу пришлось в одиночку растить восьмерых сыновей и пытаться удержать бар на плаву. У отца был тот еще характер, но мама смогла приручить его, однако в нас всех есть что-то от отца, что означало то, что даже когда мама еще была жива, им приходилось постоянно приглядывать за нами. Но растить нас одному? У отца не было ни единого шанса, к тому же смерть мамы сильно ударила по нему, — он остановился, затем продолжил, — а мы будто с ума сошли. Мамы не стало, папа был занят и психологически не мог нам помочь… поэтому мы дрались, пили, и творили все что вздумается. Фамилия Бэдд в этом городе была синонимом проблем. Мы братья Бэдд. Мы всегда стояли друг за друга, приглядывали друг за другом. Вот откуда Кингсли знают мою фамилию.

— А что насчет их внучек?

Зейн засмеялся.

— Ах это. Их дочь, Рейчел Кингсли, всегда пыталась что-то из себя строить. Однако она была лучше всех нас вместе взятых в этом ничтожном городишке, по крайней мере, казалась таковой. Вышла замуж за какого-то надменного инвестиционного банкира в Нью-Йорке. Они периодически приезжают сюда со своими дочерьми-близнецами. Эйри и Тэйт. Одного возраста с Канааном и Корином. И как я уже сказал, они те еще сердцеедки. Они просто красавицы и, похоже, им удалось не стать такими же занозами в заднице, как их родители. Хотя Рэйчел Кингсли никогда бы не допустила, чтобы ее дочерей поймали на том, что они попытались посмотреть в сторону членов семейки Бэдд.