– Знаете, что меня немного удивило?

– Что?

– Что знахарь вообще доехал. Признаюсь, я предполагал, что он мог так и не объявиться.

– Вы думали, что его убьют?

– Такое могло быть.

– Но для этого Сабира должна иметь в шоносаре убийцу.

– Выходит, что у неё его нет. Или же он перешёл на сторону Оташа.

– Поэтому она и хочет, чтобы шаманом стал Донир. Это для неё самый верный путь.

– Ступайте, господин Шу. Хорошенько запоминайте всё, что услышите от шоно во время вашего путешествия.

– Сам знаю, – ответил Юрген и покинул гер.

Шу теперь не боялся замёрзнуть ночью, потому что на нём поверх рубашки и штанов был надет длинный тёплый халат с мехом, который сарби называли дэл. Его украшал широкий яркий пояс, за который можно было повесить нож. Полы дэла удобно распахивались и не мешали езде на лошади. Юрген представления не имел, куда и зачем они едут. Не понимал он, и зачем Оташ взял его с собой.

– Может, ты всё-таки расскажешь мне, куда мы едем? – поинтересовался Шу, когда они покинули стоянку.

– К волчьему камню, – ответил Оташ.

– Это ты уже говорил.

– А что ты тогда хочешь услышать?

– Что за волчий камень?

– Ты увидишь сам.

– Ладно, – вздохнул Юрген. – Зачем мы к нему едем?

– Я говорил тебе. За силой.

– То есть камень даст тебе силу?

– Да.

– А я тебе тогда зачем?

– Кто-то должен меня сопровождать. Кто-то, кому я мог бы верить.

Юрген ничего не сказал. В который раз он испытал это болезненное чувство, так похожее на укол совести. Какое-то время они ехали молча. Впереди показались высокие деревья – степь уступала своё место лесу.

– Здесь водятся волки? – спросил Юрген.

– И не только они, – ответил Оташ.

– А кто ещё?

– Медведи. А чуть дальше бабр.

– Бабр? – Шу прекрасно знал, что сарби так называли тигра, но решил этого не показывать.

– Да, кажется, у вас есть какое-то другое имя для него.

– Может быть, тигр?

– Наверное.

– А он на нас не нападёт?

– Он же не идиот.

– Скажи, а ты не боишься сейчас оставлять шоносар? – задал вопрос Юрген.

– Меня не будет всего двое суток. Или чуть больше. Шоносар проживёт и без меня.

– Но Сабира…

– Что она может сделать?

– Не знаю. Она меня пугает.

– А ты не пугайся.

– Послушай…

– Эне, постарайся поменьше болтать сегодня, – перебил его Оташ. – Говори только по делу.

– Это как-то связано с тем, куда мы едем? – догадался Юрген.

– Да.

– Я заметил, что ты не взял в дорогу мясо, только воду и хлеб.

– Всё верно. Мы не будем есть мясо, пока не вернёмся в шоносар.

– Значит, и охотиться ты не будешь?

– Да. Боишься, что умрёшь с голоду? – с улыбкой спросил Оташ.

– Вовсе нет! – возразил Юрген. – Два дня – это ерунда.

– И хорошо. А теперь давай немного помолчим.

Не то чтобы Юргену было трудно молчать, как раз наоборот – он привык проводить дни, ни с кем не общаясь. Здесь было другое: кода он оставался с кем-то наедине, ему казалось неловким любое молчание. Шу почему-то считал своим долгом что-то сказать и часто сам же страдал от этого. Но молчание всегда немного пугало. Однако Оташ сказал молчать. Юрген хотел подумать о чём-то приятном, но в голову как назло лезли только какие-то дурацкие воспоминания. Почему-то припомнился Витольд. Интересно, как ему там сейчас жилось в Яссе? Неужели его жена ему всё простила? И вылечился ли он от своей дурной болезни?

Юрген бросил взгляд на Оташа. Его лицо выражало абсолютное спокойствие. Как у него это получалось? Шу был уверен, что там, за маской этой уверенности скрывался настоящий пожар. Не зря именем шоно было именно Оташ. Юрген прекрасно знал, что это означало огонь. А в сочетании с волком, коим являлся каждый шоно, получался огненный волк. Шу стал думать о красных волках, о которых он читал в одной из книг, это было намного интереснее и приятнее, чем вспоминать Витольда, но мысли всё равно уходили куда-то в другую сторону. Как долго Юрген сможет обманывать Оташа? Каждый новый день приносил Шу такое ощущение, что внутри него словно бы жил маленький зверёк, который, не переставая, грыз его сердце. И Юрген не знал, чем это закончится. Может быть, зверёк съест его полностью, и тогда жить станет совсем просто? Потому что пока он продолжал грызть, было очень больно.

Оташ уже бывал у волчьего камня. Его отец взял его с собой, когда стал шоно и отправился к камню. Отец тогда рассказывал, что на пути к силе их будут поджидать испытания, и был прав. Тенгри и Табити обрушили на них сильный ливень с почти ураганным ветром. Оба сарби вымокли до нитки и долго потом обсыхали у костра, который Ундэс всё-таки сумел разжечь. Позже, когда они добрались до волчьего камня, Оташ уснул и увидел во сне большие корабли и дальние странствия, а отец почему-то долго не говорил ему, что увидел сам. А когда Оташ настоял, Ундэс ответил, что видел коня. Мальчишкой наследник шоно не понял, почему надо было это скрывать от него. Оташ вспомнил об этом, когда узнал, как погиб его отец.