– О, простите, - церемонно поклонился Ангус Форман.
– Мы уже уходим.

А Лойку пошел к выходу, слегка зацепив его плечом, и у самой двери обернулся:

– Доброй ночи, Ноэль.

***

– Послушайте, юноша!
– возмутился архивариус, когда они вышли и за ними закрылась дверь.

– Успокойтесь, мейр Ангус, – ровно проговорил Лойку.
– Лучше постарайтесь вспомнить, ощущалось ли в тот момент, когда вы вошли, постороннее воздействие?

– Н-нет. Я бы так не сказал, - задумчиво протянул тот и сразу же воодушевился.
– Но для большей уверенности надо поставить там датчик. У меня как раз такой артефакт с собой есть.

Некоторое время они шли молча, потом Ангус спросил:

– Вы ведь были на месте первым? Как вы почувствовали?

Он остановился и, глядя ему в глаза, произнес:

– Я открою вам одну тайну, господин Форман.

Архивариус замер, ожидая услышать откровение. А Лойку сам не знал до конца. На мгновение встала перед глазами картина, как Гойран выкрикнул:

«Прими подношение, Ас!»

И зашвырнул Ноэль в Разлом. Нельзя было допустить, чтобы демоница приняла жертву. Тогда бы она обрела тело и материализовалась в этом мире. Демон с разрушительной силой Хаоса - это смерть во плоти, он сметет все. Энгвард тогда бросился в Разлом и смог выловить девушку. Но Ас уже вцепилась в свою добычу, она тянула их обоих за собой и очень быстро крепла, напитываясь силой.

Эва смогла вытащить Энгварда, потому что их связывала цепь. А Лойку уцепился огненными хлыстами и на этой связи удерживал Ноэль. Все уже закончилось, но какая-то ниточка от той связи осталась, он теперь чувствовал ее. Эмоции, страх, опасность.

И да, он чувствовал ее и раньше, еще когда она была женой Гойрана. Но это было слишком личное, и ничего этого Лойку говорить архивариусу не стал. Он смерил Формана многозначительным взглядом и сказал:

– Все дело в том, что моя бабка была из зингарских ведьм. Дар перешел ко мне по наследству от нее. А ведьмаки, знаете ли, могут чувствовать и видеть очень многое.

Тот секунду молчал, потом выдал:

– Что вы сейчас имели в виду?

В принципе, Ангус Форман даже нравился Лойку, хотя и задавал порой глупые вопросы. Куда проще было объясняться с Энгвардом, да даже с Олафом, королем Ангиара. Не говоря уже о Эве, с командиром они понимали друг друга с полувзгляда. Взаимодействие, в бою имеют значение доли секунды. Но архивариус и есть архивариус, ему не бывать боевым магом, совсем другая порода и воспитание. Однако Ангус Форман показал себя тем, кому можно доверять.

Поэтому он и сказал прямо:

– Например, что наш демонолог не тот за кого себя выдает.

– Что?!
– подался вперед Форман.
– Что вы имеете в виду?. Я сам видел его верительные грамоты от имперской коллегии магов. Они подлинные, на них магические печати. Такое невозможно подделать!

Бессмысленно было объяснять архивариусу, что те же верительные грамоты не обязательно подделывать, их можно получить различными способами. Это все равно не поколеблет его девственную веру в непогрешимость коллегии. Лойку высказал то, что его беспокоило. Но в этом вопросе он мог быть пристрастен, и пусть даже его мнение совпадало с мнением Эвы, нужны доказательства.

– Просто присмотритесь. И вы поймете, о чем я.

– Хмммм, - архивариус нахмурился и оглянулся назад.
– Я замечал за ним странности, но не придавал значения. Он ведь демонолог, а это специфика. Но да, иногда мне казалось, что он слишком хорошо ориентируется, для того, кто здесь впервые. Были и другие моменты...

– Мне господин Эйтерн Хорм не доверяет, с вами он может быть откровеннее. И, кстати, о других, - Лойку придвинулся к нему ближе и сказал, понизив голос.
– Было бы хорошо как-то выяснить, чем заняты на досуге остальные ваши друзья из коллегии.

Некоторое время Ангус Форман смотрел на него, потом сказал:

– Хорошо, я попробую.

– В таком случае, мы договорились. Всего доброго.

Лойку кивнул ему и собирался уже уйти, но тот окликнул его:

– Одну минуту, господин Лойку.

Он успел отойти на несколько шагов, но повернулся:

– Слушаю вас. И господина можете опустить, я не из благородных.

Архивариус медленно приблизился, впечатывая шаги в каменный пол.

– Предупреждаю вас, юноша. Имейте в виду, я намерен ухаживать за Ноэль.

– Пссс?
– хмыкнул Лойку и ухмыльнулся, сверкнув на черно-огненными зингарскими глазами.
– Это мы еще посмотрим.

И удалился, насвистывая армейский марш.

***

На новом месте всегда плохо спалось, а в этот раз Эйтерн Хорм вообще не мог расслабиться. Всему виной нервы. Дневные впечатления, унизительные допросы, необходимость постоянно скрывать свои чувства и эмоции. Раздражение копилось в нем, а ночью все это вылилось в тревожный полусон-полуявь. Картины, которым он не мог дать объяснения, властный зов на краю сознания...