В моей голове раздался шепот:

«Ma petite, что ты делаешь?»

«Я думаю, Жан-Клод»

«Oui, ma petite, но что у тебя, у нас в голове?»

«Помоги мне избавиться от него»

«Впусти меня, ma petite, как ты это делала, когда мы занимались любовью»

Я хотела возразить, что не рискну опускать щиты, когда Ранкин под боком, но либо я доверяю Жан-Клоду, либо нет. А я доверяла. Я прошептала: «Хорошо», и впустила его за свои щиты — в свой разум, в свое сердце, во всю себя. Я будто снова тонула, но иначе — вода была полночью и сияла, переполненная энергией. В какой-то момент мне показалось, что я снова задыхаюсь, как вдруг меня стали раздирать на части черный океан и ночное небо, но небо горело своим собственным пламенем, и шепот из глубин океана превратился в дым, как будто вся вода в нем испарилась.

Я почувствовала поцелуй, и в тот момент, когда мне почудилось, что Жан-Клод каким-то волшебным образом оказался здесь, в машине, я поняла, что это были не его губы. На секунду я испугалась, что это Ранкин, но сила дышала сквозь меня, и я знала, что это был поцелуй Жан-Клода. Я открыла глаза и увидела, что Ру целует меня, но когда он отстранился, его глаза горели темно-синим пламенем. Я не поняла, как так вышло, но Жан-Клод умудрился овладеть им. Ру коснулся моего лица, и я почувствовала руки Жан-Клода, будто он надел Ру, как перчатку. С почти физическим щелчком мои щиты встали на место, позволив оставить внутри только то, что не причинит мне зла, и впустив обратно моих ребят. Я так сильно закрылась щитами, что перекрыла всем своим метафизический доступ ко мне. Тот факт, что в одиночку я бы не освободилась, напугал меня.

Ранкин отпустил мою руку и выбрался из машины. Я услышала голоса снаружи, сидя на коленках внутри салона, будто ничего странного и не произошло. Ру тянулся ко мне через спинку сиденья, и его лицо закрыло мне обзор, когда он отстранился после поцелуя. Синие огни в его глазах постепенно затухали, возвращаясь к его естественному черному цвету.

Он с трудом моргнул, будто ему необходимо было прочистить голову и прийти в себя. Рука все еще касалась моей щеки, но сейчас это была просто его рука.

— Твои метафизические щиты поразительны, моя королева. Ты можешь закрыться ото всех своих союзников одной только силой мысли.

— Я не хотела отрезать себя ото всех вас. — Мой голос немного дрожал.

— Мы остались беспомощными перед ним. — Сказал Натэниэл. Он сжался в комок, обнимая себя, пока Мика пытался успокоить его, но он никак не хотел расслабиться. Он был напряжен, практически разгневан, и эти чувства были направлены в адрес Мики. Я никогда не видела, чтобы Натэниэл так на него реагировал. На меня — да, но не на Мику.

Вокруг машины толпились люди — с той же стороны, где сидела я. Кто-то щелкал самой обычной камерой, но большинство использовали смартфоны. Полиция пыталась оттеснить их, но им уже удалось заснять, как Ру поцеловал меня, и как Ранкин находился в машине. Боюсь представить, что из этих снимков выжмет пресса, и уж тем более — интернет. В обычной ситуации это бы всерьез меня обеспокоило, но учитывая то, что я только что пережила от простого прикосновения и зрительного контакта с Ранкиным, у меня были проблемы посерьезнее испорченной репутации в глазах общественности.

— Жан-Клоду удалось использовать нашу с тобой связь, чтобы наполнить меня своей силой. Только Мать Всей Тьмы была способна на такое. — Сказал Ру, соскользнув на водительское сиденье.

— Извини. — Прошептала я.

— Я обещал, что буду служить тебе любым образом. В извинениях нет необходимости. — Он улыбался и казался счастливым. Хорошо, что хоть кто-то из нас собой доволен.

Я слышала голоса снаружи — они становились громче, как будто слух возвращался ко мне постепенно, кусками. Один из голосов принадлежал Эдуарду, который по-прежнему отыгрывал Теда, но он был зол. Я пересела поближе к своей двери, чтобы понять, что происходит.

— Что Ранкин предложил тебе, Анита? — Спросил Натэниэл.

Я посмотрела на него. Он все еще выглядел так, словно у него что-то болит. Мика по-прежнему пытался успокоить его. Я решила просто ответить на вопрос.

— Ничего.

— Ничего? Ты просто не помнишь.

— Он пытался, но у него не было того, чего я бы хотела.

— Жаль прерывать вас, но мне кажется, что тебе стоит выйти из машины и помочь Теду разобраться с местной полицией. — Подала голос Родина.

— Его явно превосходят числом. — Добавил Ру.

Я посмотрела мимо Ру, через все еще открытую дверь возле водительского сиденья, и увидела Эдуарда. Он спорил с какой-то женщиной и еще десятком других копов.

— Они даже близко не в том количестве, чтобы превзойти его числом. — Сказала я, но все же выбралась из машины. Во-первых, мне нужно вернуть своего напарника, а во-вторых, надо помочь ему объяснить местным, что за хрень творилась в машине. Выбравшись наружу, я убедилась, что мой жетон хорошо виден. Я все еще не слишком хорошо понимала, что именно произошло между мной и Ранкиным. Ума не приложу, как буду объяснять это полиции.