Так, наводим перекрестие прицела снайперки для начала чуть ниже шлема этого самого экзоскелетного парня. Мьюты вообще ничего нам не в состоянии сделать — их примитивное оружие не пробьет броню. Лазерные карабины Свободовцев тоже как то не впечатляют, мощность не та. А вот четверка в броне явно вооружена неплохо — там и плазменная винтовка мелькнула, и парочка Вулканов -2 , и даже кажется гаусс-винтовка. НУ и ракетная установка, способная стрелять не только вакуумными снарядами, но и кумулятивными, и бронебойными. А что там у него в запасах — я без понятия.

Выстрел. Продолжаю в оптику наблюдать за эффектом. Снаряд винтовки, названной в честь легендарного копья верховного бога скандинавов Одина оправдывает ее название. По легенде — противостоять копью Одина не могла ни одна броня. Этой винтовке — тоже. Такое ощущение, что выстрелил в незащищенного человека — снаряд просто прошил его броню как несуществующую, и разнес верхнюю часть грудной клетки, выбросив наружу фонтан крови и костей.

Пока они еще не поняли, что это было — перевожу прицел на первого из бронированных бойцов, и жму спуск. Блин, как в тире. Выстрел — труп. Жалко, что боеприпасов к ней маловато, всего то две сотни. Теперь — на три меньше. После третьего выстрела на мою позицию обрушился явно неприцельный град выстрелов и лазерных импульсов. НУ постреляйте, постреляйте. К бою подключился Вулкан, установленный на стационарной станине в бронеколпаке. Его длинные очереди просто разметали мутантов, снизив их боевой дух и смешав порядки. Первые семеро рухнули мешками, остальные немедленно попробовали залечь за складками местности и бугорками, открыв беспорядочную и бесполезную стрельбу из автоматов в сторону наших укреплений. Толку от такого огня было ноль, но видимо их он успокаивал.

Тем временем парни в экзоскелетах решились на рывок в нашу сторону, планируя укрыться от моего огня в окопчике метрах в пятидесяти от их текущей позиции. Зря они так. Их стрельбу я просто игнорировал, а вот мой выстрел оторвал второму из них ногу в бедре, и до укрытия он не добежал, а долетел, кувыркаясь кубарем по склону и заливая все кровью из раны. Добивать его я не стал, сам сдохнет.

Бойцы в черной броне все же были по-своему смелыми и самоотверженными ребятами. Не смотря на гибель четырех пятых командного состава, они перебежками, грамотно прикрывая друг друга, приближались к нам. Подозреваю, что у них была неплохая тактика — сблизится с укрытиями, и забросать внутри гранатами всех живых.

Но вот уже они в радиусе поражения из импульсных винтовок, и вторая пара моих бойцов начинает собирать с них кровавую дань. Первая же пара, высунувшаяся из-за укрытия, оказывается срезана короткими очередями из за укрытий, а потом вновь строчит пулемет, заставляя оставшихся солдат залечь.

Тем временем мне удается все же выцелить последнего парня в экзоскелете. Он практически весь укрыт за бетонным блоком, вот только кто сказал, что блок — препятствие для Гунгнира? Выстрел, и враг с развороченным животом выпадает из-за бетонного блока, простреленного навылет. Он не мертв, нет — но его позвоночник и все внутренности просто превращены в кашу.

Магазин отстрелял. Эффективность — сто процентов. Надо любыми правдами и неправдами добыть еще боеприпасов. Это не винтовка, это … Гунгнир. Реально.

Перезаряжаю, и откладываю винтовку рядом — пока не стану тратить редкий и дорогие боеприпасы на обычных врагов, тут и Слейпнир справится. Вот и пригодился комплект из длинного ствола к нему, позволяющий превратить пистолет-пулемет в карабин. Минута возни — и у меня в руках неплохой карабин, позволяющий вести огонь наравне с импульсными винтовками. Вот только обратно он так же за минуту превратится в ПП. Делаю пару выстрелов, и неудачно укрытый за тонким металлическим контейнером противник вываливается оттуда, пробитый в трех местах. Остальные спешно меняют позиции, резонно опасаясь гибели.

Противник тем временем потерял уже всех мутантов, и засел за укрытиями на местности, ведя слабый беспокоящий огонь в нашу сторону. Чет мне не нравится это. Ладно, поменяю еще разок амплуа. Убираю в инвентарь весь свой огнестрел, и достаю Молот Рока. Пора размяться. Применять способности против этих противников не имеет смысла, так что просто выхожу из-за укрытия и иду к ним, даже не ускоряясь. Десяток лазерных лучей не могут даже краску опалить на моей броне.

Метров за двадцать они запаниковали. Передняя пара попыталась расстрелять меня из винтовок в автоматическом режиме, и потерпела фиаско. Даже полсотни лазерных лучей, вонзившихся в Хускарл практически в упор — не оставили на нем ни царапинки. А я крайне лениво убил обоих солдат одним ударом молота, при этом переднего практически разорвало на две половинки, а второй, получивший удар, изрядно ослабленный телом его товарища — размозжило забрало шлема и вмяло все что от того осталось в череп. Да уж, одиннадцать силы — это очень эффективно.

Оставшиеся в живых пятеро бойцов, бросая на бегу оружие, пытаются убежать вверх по склону. Что ж, полсотни метров не пробежал даже самый быстрый — пули из импульсных винтовок летают намного быстрее, чем может бежать человек.

Возвращаюсь на позицию, убирая в инвентарь молот. Бой еще даже не начался всерьез, это скорее всего была какая-то разведка или вроде того. Выкладываю винтовку, и подключаюсь к тактическому дисплею командира базы, есть и такая у меня опция.

Любопытно. Похоже, что без поддержки тяжелой техники атака противника вот-вот захлебнется. Не то чтобы мы не понесли потерь, общее число убитых уже было за сотню. Вот только у противника — больше пяти сотен, и стремительно росло. Везде, кроме одного точки им не удалось зацепится даже за внешние бастионы. А к той точке уже отправилось два отряда подкреплений. Так что судьба там находящихся солдат была предрешена. Похоже, что выдача оружия была верным решением — потери один к пяти в нашем случае обозначали практически идеальный расклад.\

Однако в секторе прорыва происходит какая-то фигня. Отправленное подкрепление внезапно помечается мертвым. Похоже, что там весьма сильный противник. Окей. Отмечаю свою позицию и выдвигаю на нее тактический резерв в десяток бойцов, а сам, забрав телохранителей, бегом направляюсь в точку прорыва.

Почти два километра от нашей позиции до места прорыва. Поднажав, я один мог бы быть там через три минуты. Вместе с телохранами путь занял почти пять. За это время маркеры погибающих бойцов переместились еще на двести метров вперед, практически до третьего рубежа обороны.